Все это наблюдал стоявший на борту гражданин Великобритании Джеймс Дингли. Во всем его бесстрастном облике не отражалось никаких эмоций. Держась одной рукой за поручень, он покуривал сигару и поглядывал вокруг. Глядя на его лицо, выражавшее пренебрежение и презрительность, становилось понятно, почему порабощенные Британской империей народы так люто ненавидели англичан. Вскоре судно пришвартовалось, и британец отправился оформлять груз.
Толстый таможенник, усадив визитера напротив, стал читать поданные ему документы. Из сопроводительных бумаг было очевидно, что контейнер с отработанным ядерным топливом идет транзитом в Китай.
— Так… а разрешение из Росатома? — разглядывая бумаги, спросил чиновник.
— Здесь же, — привстал Дингли.
— А-а-а, вижу, — кивнул тот.
Впрочем, британец не волновался, зная, что документы у него в полном порядке и суетиться тут не стоит. Он отвел взгляд, состроив скучающее выражение лица.
— Интересуетесь? — кивнул работник таможни на флаг, установленный в углу.
Дингли совершенно не интересовала эта деталь, но разговорчивый собеседник расценил взгляд британца несколько иначе.
— Каждый символ — это ведь код города, — пояснил он, — вот возьмите хотя бы нас. Взгляните на флаг: синий и серебряный цвета отражают полярный день и полярную ночь. Это ведь не то, что у вас в Англии день и ночь. Вы поживите у нас, тогда и поймете, что это такое.
— Спасибо, — сдержанно ответил Дингли. Жить здесь ему не хотелось нисколько. Он вообще с трудом мог представить себе постоянное проживание в подобном климате, разительно отличавшемся от любимого средиземноморского.
— Олень, которого вы видите, — царь природы здешних мест, символ основного занятия северянина, главный источник его благополучия, — продолжал словоохотливый чиновник, — старинное морское парусное судно коч символизирует, что наш город является одним из важнейших портов Северного морского пути. Ну, а синий цвет дополняет водно-портовую символику…
— Да, это очень интересно, — кивнул англичанин.
Он с удовольствием послал бы этого хомяка подальше, но приходилось играть роль.
— Город расположен в устье реки, изображенной в виде геральдической фигуры — поясом переменных цветов, что показывает два периода жизни реки. Синий — летняя вода, белый — зимний снег и лед, — сел на любимого конька чиновник. — Вот вы, к примеру, знаете, что такое цвета в геральдике?
— Догадываюсь, — тихо зверея, поиграл желваками британец.
Если бы он мог, то с огромным удовольствием высказал бы этому толстяку все, что о нем думает. А злости, несмотря на короткое знакомство, у британца накопилось предостаточно. Но гость из Туманного Альбиона сдерживался.
— Синий цвет в геральдике — это символ чести, славы, красоты, добродетели и чистого неба. Ну, а белая часть поля флага говорит о бескрайних северных просторах.
Таможенник гордо, словно он сам придумал все это, взглянул на гостя.
Дингли делал вид, будто заинтересован. К счастью, собеседник прекратил свою идиотскую лекцию. Бумага, конечно же, была проверена самым тщательным образом и, естественно, оказалась подлинной. Далее пошли еще более рутинные мероприятия. При проведении практической проверки выяснилось, что вес и объем груза соответствуют задекларированным.
В очередной раз англичанин убеждался, глядя на то, как проходит вся «операция», что коррупция — великая вещь. Законы, конечно, пишутся и существуют, но на то они и законы, чтобы их обходить. В этом богатый опыт Дингли убедил его уже давным-давно. Если есть поддержка наверху, то любое дело можно провернуть так, что и комар носа не подточит. Ему приходилось проворачивать свои дела в самых разных частях земного шара, но Дингли убедился в одном: люди везде одинаковы. Будь то Мексика, Россия или Япония — люди везде любят хруст банкнот и для того, чтобы сорвать куш, готовы пойти на что угодно.
«Китайский вариант» этого дельца вообще выглядел идеальным — ведь эта страна, наряду со своей соседкой, Монголией, рассматривает возможность ввоза отработанного ядерного топлива с последующим захоронением. А отсюда как раз прямой путь именно туда — в Китай. Везти «хвосты» только морем — дело опасное. К тому же, согласно документам, контейнер предполагалось захоронить в относительно безлюдном районе КНР — Внешней Монголии, региону, географически близкому к России.
Способ транспортировки был, конечно же, заранее оговорен: контейнер планировалось переправлять вертолетом «Ми-26». И экипаж, и вертолет уже зафрахтованы, естественно, за транзит контейнера через свою территорию и федеральный центр, и область получают деньги. Грузоподъемность «сарая» или «коровы», как его называют на жаргоне пилотов, как раз и составляла нужные двадцать тонн.
Покончив с бумагами, англичанин покинул кабинет ответственного чиновника и вышел на свежий воздух.
