Внушительных габаритов машина, окрашенная в сине-бело-красные тона, уже стояла на бетонке, готовясь к ответственному заданию. Лопасти винта слегка прогибались под собственной тяжестью, и вертолет напоминал уснувшую огромную стрекозу. Контейнер, правда, был объемным, а потому его решили транспортировать на тросе — «внешней подвеске».
Дингли присутствовал и при доставке груза на аэродром — естественно, под охраной. Там же он познакомился с экипажем. Англичанин придирчиво, словно сканируя, вгляделся в лицо командира вертолета — крепкого седоватого мужика со шрамом на щеке. Будучи человеком въедливым, гость хотел быть уверенным в каждой мелочи.
Командир был одет в коричневую, видавшую виды кожанку, под которой виднелась серо-голубая форменная рубашка. На ногах красовались громадные резиновые охотничьи сапоги с завернутыми голенищами. Такая обувь в здешних широтах часто практикуется, так как летать пилотам приходится в самые глухие уголки тайги, где полно и болот, и озер, и рек — больших и малых. Соответственно, и садиться приходится чаще всего не на бетон и асфальт…
— Как ваш аппарат, выдержит? — пожав руку, поинтересовался Дингли у того, кто должен был доставить его и груз в целости и сохранности.
— Что я могу сказать, — усмехнулся тот в усы, — дифирамбы петь можно до бесконечности…
— А все же? — сейчас британцу было важно услышать о вертолете от того, кто знает его до мелочей.
— Я вам так скажу: мнений можно услышать сколько угодно, — неторопливо проговорил собеседник, — но и критики вынуждены признать, что «Ми-26» — это единственное на сегодня транспортное средство, которое имеет огромное преимущество перед другими летательными аппаратами как по массе и габаритам перевозимого груза, так и по экономичности перевозок.
— А вы-то сами как считаете? — не успокаивался дотошный иностранец.
— Да посудите сами: вертикально поднять двадцать тонн, перенести на необходимое место и вертикально опустить! — развел руками вертолетчик. — Если «двадцать шестой» не берет груз, значит, уже никто не поможет. Да вот, кстати, когда в Афгане в горах падают транспортные вертолеты «СН-47» «Чинук», то снимать их американцы просят как раз наши «двадцать шестые».
— Ну и как?
— Пока жалоб не было! — включился в разговор еще один представитель экипажа. — С поставленной задачей справляемся.
Второй пилот на своем собственном опыте проверял эти аппараты в конце девяностых.
— …Чечня стала первым настоящим боевым крещением, — рассказывал он внимательно слушавшему британцу, — гоняли тогда «Ми-26» и в хвост и в гриву. Возили все: от людей до боеприпасов. Я так скажу: переоценить аппараты невозможно. Без них наши потери были бы тогда на порядок выше.
Дингли, кивая, слушал.
— Да, — предался пилот воспоминаниям, — вот ведь было время! Тогда в Чечне экипажи месяцами жили в кабине. Утром машину запустили, кофе попили, и вперед — целый день мотаются по площадкам, вечером зарулили, картошку на плитке поджарили, по сто граммов фронтовых — и спать, а завтра все сначала. И так месяцами без выходных и проходных!
Дингли покачал головой, думая о том, насколько загадочна русская душа. Ведь если гулять — то так, чтобы стекла летели направо и налево, а работать — до потери сознания…
— В ущелья мы заходили без сопровождения, — продолжал второй пилот, победоносно поглядывая на собеседника. — Вот, скажем, «Ми-24» не могут развернуться на сто восемьдесят градусов, а «двадцать шесть» — запросто. Этот все может!
Услышанное от непосредственных участников эксплуатации окончательно уверило англичанина в надежности винтокрылой машины. В приподнятом настроении Дингли отправился обедать. Уж ему-то с детства было известно, что главное — это порядок. Ну, а то, что он воспринимал его по-своему, было его личным делом.
Через некоторое время процесс подготовки к вылету был завершен, о чем британцу было незамедлительно сообщено.
— Можем лететь, — доложил пилот, — хоть через час. Мы готовы.
— Хорошо, спасибо, — кивнул британец, — но мне надо уладить еще кое-какие дела.
— В таком случае мы ждем команды, — пожал плечами представитель экипажа, — мы на месте, так что как только…
— Да-да, я сообщу вам. — Дингли медлил с вылетом, словно ожидал чего-то.
Аэропорт жил обычной для него трудовой жизнью. Садились и взлетали многочисленные самолеты разных авиалиний, лихо, словно бабочки, вспархивали в воздух легкокрылые «Аны», с глухим жужжанием поднимались вертикально вверх вертолеты.
Огромная река в окружении бесконечной тайги величаво несла свои воды. Она раскинулась широко, и в этой суровой величавости чувствовалась какая-то первозданная, дикая красота, которую часто даже не можешь оценить, находясь там, где цивилизация уже давно внесла свои коррективы.
