Как Ваше Превосходительство знает, и я лишь с Вашего позволения напомню, что существуют законные рамки, исключающие любую возможность рабского труда: Постановление от 29 апреля 1875 года провозгласило отмену рабства во всех владениях Португальской короны; Постановление от 29 января 1903-го учредило здесь, на островах, Фонд по делам Репатриации, в который отчисляется половина заработной платы работников плантаций и из которого финансируется их возвращение на родину. Этот же законодательный акт предполагает заключение соответствующих трудовых договоров сроком на пять лет, что означает, что когда менее чем через два года их срок закончится, мы как раз и сможем убедиться в том, насколько он на самом деле работает. Помимо прочего, проблема заключается в самих работниках, которые, в своем значительном большинстве, находились здесь еще до появления закона, когда у них вообще не было никаких контрактов. И еще нужно понимать: хватит ли реально той половины зарплаты, которая у них регулярно вычитается, для того, чтобы по окончании срока на Сан-Томе́ и При́нсипи, оплатить возвращение на родину им и их семьям, которыми они здесь успели обзавестись?
Итак, принципиально важно знать, охвачены ли все работники системой трудовых договоров, как того требует закон; подписали ли они эти договоры по своей собственной воле и, действительно, осознавая, что они делают; знают ли они, когда заканчивается срок действия договоров, и что по их окончании, будь на то их воля, они смогут вернуться к себе на родину, имея для этого полагающиеся им по закону денежные средства. Потому что, если по окончании пяти лет работы на вырубках (а у многих, в реальности, это будет десять, двадцать и тридцать лет!) трудящиеся здесь выходцы из Анголы не знают, что они могут уехать, если у них якобы нет для этого денег, то единственное заключение, которое в этом случае напрашивается, следующее: мы имеем дело с вечным трудом на плантациях, против воли работника, то есть – с рабским трудом, даже если он и оплачивается».
