— Как Вы, Ваше Превосходительство, совершенно справедливо сказали, — начал он, обращаясь к судье, — сегодня здесь в этом зале я не был губернатором Сан-Томе и Принсипи, а всего лишь адвокатом, защищающим своих подопечных. Однако обе эти ипостаси представлены одним человеком, и этот человек — я, со своими мыслями, верными или ошибочными, и со своим кодексом ценностей, правильным или нет. Мое решение выступить в качестве защитника этих двоих оказалось полностью спонтанным. Моим подзащитным с самого начала противостояло всё — отсутствие квалифицированного адвоката, отсутствие свидетелей, незнание имеющихся в их распоряжении способов защиты, незнание португальского языка и, вероятно, полное непонимание всего того, что здесь происходило. То, что побудило меня сделать это, сродни решению, принятому ранее правительством и Его Величеством королем, когда они предложили мне эту должность, и моему собственному решению принять это предложение. Несмотря на то, что много еще голов в нашей стране продолжают жить вредными привычками и принципами, я вызвался быть адвокатом этих беззащитных обвиняемых и прибыл сюда в качестве губернатора по одной-единственной причине: и я, и многие люди вместе со мной понимаем, что задача Португалии сегодня в том, чтобы быть не только колониальной, но и цивилизационной державой. Мы можем и должны пользоваться богатствами наших колоний, которыми мы обязаны нашим предкам, однако ничто не должно освобождать нас от ответной обязанности быть здесь носителями прогресса и цивилизации. А прогресс и цивилизация немыслимы там, где производимые в XX веке богатства являются результатом трудовой деятельности, осуществляемой насильственными средневековыми методами. Если мы заявляем иностранцам, которые критикуют нас за подобные методы, что для нас все являются португальцами, только одни живут в метрополии, а другие в колониях, тогда нужно соблюдать этот принцип во всем. Мы не можем позволить, чтобы трудящиеся в метрополии имели свободные профсоюзы и могли свободно заключать или расторгать контракт с работодателем, сохраняя при этом для трудящихся в колониях закон кнута и статус крепостного, даже если это, по моему убеждению, не правило, а исключение. Эти двое обвиняемых являются португальскими гражданами — потому, что мы сами того захотели, сами так постановили и заявили на весь мир. Да, они негры и даже не говорят по-португальски, но они португальцы, в той же степени, что я или любой из нас, выходцев из метрополии, в этом зале. Моя обязанность как губернатора состоит в том чтобы защищать их права и права всех жителей Провинции. Моей обязанностью как их адвоката было попытаться гарантировать для них тот же судебный регламент и те же права, что и, скажем, для присутствующих здесь свидетеля сеньора Алипиу Вердашку или сеньора полковника Малтежа. Может быть, вам это непросто осознать, но речь идет именно об этом. Его Превосходительство сеньор судья знает это лучше моего и сможет это вам объяснить посредством своего вердикта. Однако я не хотел бы оказаться на его месте: закон устанавливает вину в случае побега и несоблюдения работником вырубок соответствующего трудового контракта. Это то, что инкриминируется обвиняемым. Но закон также гласит, что для обвинительного приговора и наказания необходимо установить, что у обвиняемых не было для этого существенной причины, например, плохого с ними обращения, которое могло стать причиной побега. И когда я говорю, что не хотел бы оказаться на месте Вашего Превосходительства, то это потому, что я понимаю: справедливый приговор может быть вынесен только после того, как исчерпывающим образом будут выяснены все факты. Ведь к загадочному молчанию обвиняемых, для меня совершенно непонятному и беспрецедентному, прибавилось еще и явное нежелание содействовать выявлению фактов со стороны сеньора Алипиу Вердашки, единственного свидетеля, способного пролить свет на поведение подсудимых. Поэтому суду, так и не разобравшись в этом, предстоит решить, почему двое работников, к которым хорошо относились, которые не жаловались на судьбу, все-таки решили бежать с плантаций Риу д’Оуру. Кроме того, суду, также не прояснив этого до конца, надо будет определить, почему у одного из них на спине те самые рубцы, которые, судя по их состоянию, были получены как раз в день побега и которые напоминают (я говорю, «напоминают») рубцы от удара плетью. Честно говоря, не знаю, как Ваше Превосходительство на основании
