Подходит очередь нашей группы, а я хочу только одного, поднять руку и бежать бегом, чтобы не видеть уже перед глазами высокую фигуру Колесникова в шикарном синем костюме и белой рубашке. Этот мужчина позволил себе всего однажды прийти на лекцию в кедах и больше так не делал, видимо кафедра объяснила, что у них в коллективе так не принято, а он все же доцент, а не аспирант. И вот теперь этот Аполлон заставлял пускать на себя слюни еще больше, я никогда не думала, что мужчина в костюме может быть таким сексуальным.
Звучит моя фамилия, я как обычно вытягиваю правую руку вверх и отзываюсь. В этот момент, наши взгляды с Иваном встречаются и все замирает. Не знаю, сколько длится зрительный контакт, но от его пристального наблюдения у меня мурашки по коже. За последний час, как и все время на лекциях, Колесников ни разу не посмотрел на меня, а тут смотрит и удерживает мой взгляд. Мне становится не по себе, ведь я не подготовилась к подобному. Он словно оценивающе осматривает меня и прищуривает свои лазуритовые глаза. Я хочу улыбнуться или послать ему какой-то понятный только нам жест, но не могу, потому как он почти сразу после моей фамилии берет папку и выходит из аудитории.
Вот так просто. Не сказав мне и слова за прошлую неделю. Не удостоив меня и взглядом до этого, он просто один раз посмотрел, словно специально ждал, когда назовут мою фамилию и ушел. Вот так просто. Зачем все это? Я не могу это оставить так, нужно все выяснить.
Ничего не объяснив Ксюше, я просто проскакиваю мимо нее и выбегаю из аудитории. Мне было неизвестно в каком направлении он скрылся, но я должна его найти и поговорить с ним. Так не может продолжаться, мне нужны ответы. И пока у меня такой порыв, должна им воспользоваться и все выяснить. Вся эта ситуация ненормальная, согласна. Вроде я сама вышла в прошлую субботу из его машины с четким намерением прикрыть лавочку, пока никто не пострадал. Но это не меняет того факта, что у меня уже есть к нему чувства. Машина запущена и ее уже не остановить. А если он что-то скажет, то сам виноват, не нужно было со мной флиртовать и делать заинтересованный вид. Господи, мысли какой-то идиотки, но мне все равно. Я словно одержима им и чем больше он меня игнорирует, тем еще больше хочется быть с ним.
Когда подбегаю к лифту дверь почти закрывается, но я успеваю запрыгнуть в него в последний момент, чуть не убив при этом еще одного пассажира. От такого резкого движения, закрываю глаза, поэтому не вижу в кого врезаюсь, но запах четко дает понять. Это он. Человек, ради которого я могу отказаться даже от сладкого, ведь он как самый вкусный чизкейк на свете. Колесников держит меня в своих руках, как тогда, на крыше, и мне просто ничего не остается как прильнуть к его губам. Не знаю, что на меня нашло, но такой сильный и мощный порыв, что это кажется уместным. Я даже не обращаю внимания, едет ли кто-то с нами в лифте, мне вдруг совсем неважно, я просто его целую.
На мое удивление, хотя что я несу? На весь страх и риск, он отвечает на поцелуй и с такой силой прижимает меня к себе, что кажется вот-вот треснут ребра. Я полностью растворяюсь в нем, как тогда и мое тело затапливает какая-то теплая волна, которую не боишься, все это правильно.
Иван дает себе какую-то свободу и практически рычит мне в губы, а мое самолюбие ликует, ведь я не одна в своих желаниях.
Мне хочется целоваться с ним бесконечно, но оторвавшись от моих губ, Колесников произносит:
- Этот лифт нельзя остановить на ходу, сюда могут войти в любую секунду.
- Ты проверял, что нельзя его останавливать? – тяжело дыша спрашиваю я.
- Нет, просто так бы студенты резвились под явным предлогом, что нечаянно нажали на кнопку и некоторое время сидели взаперти.
- Да, ты, пожалуй, прав, - отвечаю и отхожу от него на приличное расстояние. Вот теперь мне становится очень неловко за мое поведение, и резко кидает в жар, уверена, что мое лицо сейчас сгорит от позора.
- Мне понравилось, - шепчет мне в ухо Иван, и я чуть ли не подпрыгиваю на месте от такой близости. – У тебя столько страсти, что в лифте действительно стало жарко, не беспокойся и не стесняйся.
- Я не…
Тут двери лифта разъезжаются, и я понимаю, что мы на первом этаже. Отлично. Что делать дальше мне, к сожалению, неясно. Я была решительно настроена с ним поговорить, но мой маленький спектакль нарушил весь мой план, и я смущаюсь. Теперь-то и двух слов связать не смогу.
Ничего лучше не придумав, выхожу первой и отойдя от него останавливаюсь. Колесников непонимающе уставился на меня и подошел ближе, нависая надо мной как скала.
- Что ты делаешь, Принцесса? – интересуется он, оглядываясь.
- Простите, я не хотела, - скромно шепчу я, потупив взгляд. Конечно, сейчас вдруг вспомнила, что я скромная, а где была твоя скромность пять минут назад, Катя?
- Нет, хотела, поэтому побежала за мной, - он улыбается своей прекрасной улыбкой и убивает меня наповал.
- Ты знал, что я это сделаю? – так неловко, что я начинаю заламывать пальцы на руках.
-Скажем так, я надеялся, - Иван поджимает губы и пристально смотрит.
