Вот, к примеру, нормальная, самая обычная куча камней. А рядом с ней должен располагаться узел миров. Вещь попросту фантастическая и весьма малопонятная. Обычный человек пройдет и ничего не заметит. Потому что ничего и нет. Даже попав в «зону действия», не всегда попадет в сам узел.
А вот Семен его видит. Более того, он его за сто с лишним верст видит. Он даже знает, что где-то в голове у него записано объяснение, почему и как он видит узел миров и откуда знает, что это такое. И как себя там правильно вести, тоже знает, пусть его никто этому не учил. Или учили? Стоп, не время отвлекаться на то, что несущественно.
Это сейчас совершенно не важно, а вот как себя правильно вести – очень важно. Но какими словами объяснить это тем, кто ничего такого еще не встречал ни разу? Он себе самому многое не в силах словами выразить. Это, пожалуй, посложнее, чем объяснить слепому от рождения, чем желтое от красного отличается. Чем кубическое от круглого отлично, объяснить просто – можно дать подержать и пощупать. А про цвета как?
– Вы точно со мной пойдете? – спросил он свой пчелиный рой, сидящий на плече. – Точно не оста нетесь? Тогда залезайте под куртку и постарайтесь не щекотать. Вам хотя бы инструктаж не нужен, и то хорошо.
Отряд разминался после долгого сидения на плоту, но едва Семен посмотрел в их сторону, как Барсук отдал команду:
– Становись!
– Ребята. Мы с лейтенантом Пеховым посоветовались и сошлись на том, что разделяться нам сейчас нельзя. Поэтому сразу войдем в узел все вместе, и пока я буду искать среди миров Землю, вы просто подождете. То, что вы увидите, немного похоже на игрушечный калейдоскоп. Только картинки будут меняться не оттого, что крутишь игрушку, а оттого, что голову поворачиваешь или даже просто глазами ведешь по сторонам. Кстати, иногда головокружение возникает, тогда надо немного спокойно постоять, желательно неподвижно и лучше с закрытыми глазами.
– Разрешите? – спросил Ефремов. – А как миры оттуда выглядят?
– Сам сейчас увидишь. Откуда мне знать, как ты их видеть будешь. У каждого своя картинка получается, у всех разная. Но почти всегда, если начинаешь пристально всматриваться – картинка начинает на тебя наезжать, укрупняться. С мирами это неопасно, просто покажется – руку протяни и окажешься в нем. На самом деле просто так не окажешься, нужно еще очень постараться. А вот с отражениями… В общем, наш мозг так устроен, что из всего мелькания, которое человеку видно, выхватывает самое для него притягательное. Вот и отражения увидите такие, что наверняка захочется туда нырнуть. Как в омут к русалкам. К чему это приводит, вы сами на своей шкуре испытали. Как удержаться и не полезть? Ну вы же мужики, сумеете не поддаться. Побольше общайтесь, разговаривайте обо всем подряд. Раз кто-то умолк, значит, его начало затягивать и его потормошить нужно. Надеюсь, до драки не дойдет, именно потому что мы с вами через многое за эти дни прошли.
– Может, просто глаза завязать? – предложил Куликов.
– Во-первых, бывает, что и с закрытыми глазами затягивает, уж не знаю, как это возможно. И потом, мне нужны помощники. Может, пока я долго и нудно буду перелистывать страницы миров, кто-то из вас случайно Землю увидит. Вот тогда глаз с нее не сводите и мне сразу же докладывайте. Все! Здесь скоро гроза начнется. Входим. Первыми идут…
У Семки вдруг заныло в груди, потому что он должен был сказать, что первыми должны пройти те, кто понесет носилки с телом полковника Разуваева.
– …Жиба и Ефремов, – понял все и подсказал Пехов.
– Ну да. Готовы? За мной вплотную.
Он шагнул и исчез для всех. А для него исчез на время мир, оставшийся за спиной, в котором они прожили почти четыре дня.
Вокруг непонятно насколько простиралась серая светящаяся дымка. Отчего-то не за спиной, а перед ним возник силуэт младшего сержанта Жибы.
– А что тут так темно? – шепотом спросил он.
– Ты войди для начала, – усмехнулся Семен. – Шаг вперед сделай.
– О! Вас вижу. Да не толкай, Ефрем. Куда встать?
– Куда хочешь, – ответил Семка, удивляясь, что Жиба вдруг оказался позади него, а Ефремов, держащий те же носилки сзади, – перед ним. Впрочем, здесь и не такое может быть, не стоит отвлекаться.
Для Семена уже вспыхнул темной точкой один из миров, но он отвел глаза в сторону. Пусть все соберутся.
Каждый следующий боец их отряда возникал буквально через мгновение, а все вместе собрались через вечность. Пятеро солдат, лейтенант Пехов и три клона, ставшие здесь вполне себе видимыми, пусть и полупрозрачными, так привидений в кино показывают.
Ахметлатыпов в первое мгновение, увидев подле себя такой Семкин портрет, чуть отшатнулся, но тут же растянул губы в улыбке:
– Виноват, не признал сразу.
– Да мудрено было признать, милостивый государь, – сказал дурашливо клон, – мы же не представлены.
Ахметлатыпов растерялся. Оттого что услышал клона, хотя не раз говорилось, что они только с самим Семеном могут общаться, и это всегда подтверждалось личным опытом. Ну и слова, сказанные призрачным клоном, его смутили.
