– Книжки почитать. Ну, те, что у меня в голове пылятся и без толку место занимают, потому что понять я их ну никак не могу, хотя точно знаю, что там очень много полезного для этого дела.
– Может быть, попробовать пройти в Каньон и там огневиков отыскать?
– На это может уйти несколько суток. Ты же знаешь – времени мало и рисковать нельзя.
– Ничего, ты справишься. И потом ты же не один будешь…
– Этого я и боюсь больше всего. Тяну людей неведомо куда, чтобы найти то, чего, может, и нет вовсе, и сделать там нечто, о чем представления не имею.
– Капитан-лейтенант Кольцов, отставить нытье! А то получите наряд вне очереди!
– Виноват, госпожа сударыня, ваше великолепие и рахат-лукум моего сердца. Сколько там времени до совещания осталось?
– Два часа.
– Успеем допить.
Семка присосался к банке, Насте на миг показалось, что та сейчас сдуется, как лопнувший воздушный шарик, потому что он высосет не только сгущенное молоко до последней капли, но и воздух. Но когда банка вернулась к ней в руки, оказалось, что она все еще почти полна. Это Семен так хитрил, чтобы и она побольше отпила.
Семен побарабанил пальцами по столу, но оказалось, что забыл убрать когти и постучал ими.
– Ну елки-палки-моталки! Стол попортил.
– Вспомнила. Я все собиралась тебе показать… Вот!
Настя выпустила на свет свои собственные когти, лишь чуть уступающие по длине Семеновым. Но на каждом искрились прозрачными гранями по несколько некрупных камней.
– Типа маникюр?
– Типа, типа!
– Красиво! А что за камни?
– Алмазы, конечно. Даже Эльза пока не сподобилась так алмазы выращивать, хотя у нее тоже украшения стоящие.
– У нее и когти, как сабли.
– Ну это дело наживное, тут просто время нужно – накопить в организме необходимые материалы. Ты вон зубы народу проращиваешь, так у одних за сутки отрастают, а другие неделю щербатыми ходят. Кальция в организме недостает и всего прочего.
– Понял вас, брильянтовая вы наша. Девчонки завидуют?
– Завидуют. Сами разное придумывают. У Юстины коготь то ли не получается, то ли она все еще боится…
– Вот ей сейчас таких пустяков и бояться, когда сквозь стены научилась проходить. Поздновато спохватилась.
– Не перебивай.
– Виноват, госпожа министр! – Семка вскочил и вытянулся во фрунт.
– Вот так-то, капитан третьего ранга. Юстинка приноровилась собственные ногти на время в коготки превращать. Ногти как ногти, только черные и длиннее обычных. Ну и такие уж точно не сломаешь. В сочетании с ее способностью руками даже сталь размягчать довольно забавная вещь получается…
Оба внезапно умолкли, услышав громкую, явно предназначенную для всех, кто способен услышать, мыслеречь. Но уж больно сумбурно выраженную.
– Тревога, кажется? – спросил Семка. – А что это за контейнер, который кто-то снова пытается украсть?
– Его Серена с Алексом на двухсотом уровне нашли еще в первую ночь после землетрясения.
– А! Гроб на колесиках!
– Он!
– А кто его украсть пытается?
– В том-то и дело, что ничего не понятно.
– Посмотрим?
– Посмотрим!
На двухсотом к контейнеру было не протолкнуться.
– Вас еще тут не хватало, – заворчала Алена. – Было же сказано, что тревога отменяется. Ситуация под контролем.
– Да мы взглянем и пойдем, – пообещал Семка так, что было ясно, что это только отговорка. Но Алена махнула на него рукой.
Контейнер, лежавший на боку, задергался без всякой видимой причины, подпрыгнул и встал на колеса. Джон с Войцеком сразу же аккуратно уложили его на бок. Через пару минут все повторилось.
– Похоже, тут не похищение, а попытка бегства, – засмеялся Семен. – Может, посмотрим, куда он побежит?
– Вдруг там джинн, и побежит он туда, где сумеет вырваться, – мечтательно произнесла Юстина.
– Ну и что? Мало ты джиннов видела? – поинтересовался Семен.
– Таких, которые исполняют желания, ни одного. Ой!
В этот раз контейнер, он же гроб на колесах, он же бутылка с джинном, встал на колеса одним движением, одновременно погасив все горящие здесь огоньки и свечи. Это мало кого смутило, Джон с Войцеком вроде бы снова собрались уложить его, но их остановил Семен:
– Секундочку.
– Алекс, включи свет, пожалуйста, – попросила Юстина, – а то в темноте все такое нечеткое.
– Да подождите вы! – потребовал Семка. – Замрите и не дышите! Дайте послушать.
– Семен, там тридцать сантиметров стали, а может, и еще чего, – посчитала нужным предупредить Алена. – Тут ничего не увидеть и не услышать!
– Ну просил же!
Все послушно умолкли и терпели не менее пяти минут, благо контейнер спокойно стоял на месте.
– Настя! – громко прошептал Семка. – Ты не представляешь! Там то, что мне нужно!
– А что ему нужно? – спросил Войцек мыслеречью, чтобы не отвлекать Семена, хотя тот все равно его слыша л.
– Потом, – замахала на него руками Настя. – Замри пока.
Все вновь замерли и притихли.
– Да будет свет, – испугал всех своим неожиданным воплем Кольцов и сотворил огромный светящийся бублик. Огоньки такого размера редко удавались даже Сашке Русакову. И светил он ярче и ровнее обычного. – Э-э-э… Нужно вскрывать!
– Во-первых, чтобы вскрывать неизвестно что, нужно разрешение.
