О. Да.
:.:.:это гностицизм. Голос, который со мной говорит – это зов. Моя подлинная забытая личность – изначальный человек или его искра. И это я, пробуждающий себя же.
В. Видел ли я многое, ставшее единым?
О. Да. Я назвал это Валис.
:.:.:это гностическое восстановление
В. Вспомнил ли я прошлые жизни?
О. Да.
В. И видел бесконечное пространство?
О. Да.
:.:.:я испытал бесконечное пространство и бесконечное время. Это гностицизм.
В. Видел ли я тюрьму вокруг нас?
О. Да.
:.:.:это гностицизм.
Записав все это (4 часа утра), я лег в кровать, размышляя: «Это, несомненно, гностицизм». Объяснение почти подходит – почти, и все равно – мне вдруг стало ясно, что гораздо проще и убедительнее все можно было бы объяснить, если бы это был Христос, реальное присутствие подлинного Христа и проявление силы Христа связывать и развязывать, спасать, Христос как Пантократор и эсхатологический судия. (А значит, отсюда обертоны Страстной Пятницы и Пасхи, отсюда и мои моральные поступки по отношению к Ковенант-Хаус).[4]
(ок. 1981)
[1] В мае 1979 г. Чарльз Платт брал у ФКД интервью; интервью вошло в книгу Платта «Создатели сновидений: необычные люди, пишущие научную фантастику» (1980). ФКД записал это интервью на пленку и впоследствии прослушивал ее. Как следует из этого отрывка, пленка подтолкнула его к глубокому самоанализу.
[2] Психиатрическая лечебница графства Оранж – приемное отделение недалеко от Санта-Аны, Калифорния, где жил ФКД. Он периодически проходил там психотерапию.
[3] Вплоть до конца 1960-х ФКД мучал страх перед Налоговым управлением. Во многом этот страх появился после подписания петиции Rampart. См. Глоссарий. ФКД не заполнял налоговую декларацию, пока не закончилась война во Вьетнаме. Кроме того, в 1969 году Налоговое управление из-за задолженностей изъяло его машину.
[4] ФКД перечислял суммы в Ковенант-Хаус, расположенный в Нью-Йорке приют для сбежавших и бездомных детей.
Ибо Господь не делал смерти и не получает удовольствия от уничтожения живого существа: он создал все вещи, чтобы они могли быть. Творящая сила; мира, созданного для жизни; нет в них смертельного яда. Смерть – не Царь Земли, ибо Справедливость бессмертна.
Но хороший человек, даже если он умирает безвременной смертью, пребудет в покое. Ибо не длина жизни и число лет делают славу возрасту; если у людей есть понимание, достаточно седых волос и незапятанная жизнь – это и есть подлинная зрелость. Был однажды человек, который угодил Богу, и Бог принял его и взял его еще живым из среды грешников. Он был унесен прочь до того, как его ум успел извратиться колдовством, а его душа – обмануться неправдой… в короткое время он пришел к совершенству полного срока жизни. Душа его была мила Господу, удалившего его из больного мира. Многие видели это и не придали этому значения; они не приняли близко к сердцу эту истину, что те, кого избрал Господь, наслаждаются его благодатью и милостью и что он приходит на помощь его святым людям. Даже после его смерти праведник старел в грехе. Люди видели конец мудреца без понимания: Господь предназначил ему, и потому забрал его в безопасное место… затем праведник займет свое место, исполненный уверенности, чтобы столкнуться с теми, кто противостоял ему и не придавал значения его страданиям. Для него больше не будет ужаса и смятения, и они выйдут из себя, не ожидая увидеть его дома, в безопасности.
(1975)
Это не злой мир, как предполагал Мани. Это добрый мир под властью зла. Зло неким образом наложено на него (Майя), но убери его, и увидишь нетронутое сияющее творение.
Разве наши предки сошли с ума и перестали видеть то, что есть? Слои завес зла должны быть сняты или счищены (пробуждение, смывание кровью Агнца, крещение и т.д.). Пробудиться – значит, пробудиться к истине, а также к красоте: к единству. Омрачение заставляет видеть ложь, видеть зло. Зло равно лжи равно злу равно омрачению равно нереальному. Бог добр, мир добр, мы подобны ему, но каким-то образом отстранились. Как от мира (!), так и от Бога. Бог равен миру, если видеть правильно (ясно). Кто же обманывает нас? См. Зиммер.[1] Мы сами ткем паутину иллюзии: пугающие маски нереального – проекции отвергнутых частей нас самих. Они внутри, спроецированы наружу, став злом. Если возвратить их назад, мы увидим прекрасный мир.
Мы стали уродливыми и запутавшимися во зле, в пугающем (нас) и во зле. Возможно, все, что мы имеем в виду под «злом» - это уродливое и пугающее плюс странное, превосходящее наше понимание (которое ограниченно). Зло (вы готовы?) неестественно.
