– Спасибо вам за заботу и за то, что вы нас не забываете. Жаль только, что вы не оставляли записок, тогда бы мы знали, кто нам приносит подарки. Неужели такая мысль вам не приходила в голову?
– Да. Но я решила не бередить старые раны. Уверена, что Роуз не хочет, чтобы ей напоминали о том времени, которое она провела в школе Святой Иулии. Полагаю, она никогда о нем не рассказывает?
Я кивнула. События этого долгого дня смешались в моем сознании, я пыталась придумать новый вопрос, но спина Эмили Санино вдруг напряглась, а через мгновение я услышала шум мотора.
– Мне нужно, чтобы ты ушла, – сказала она, выглядывая через занавеску – в этот момент на нее упал свет фар. – Как ты доберешься до Дандалка?
– Не знаю, – ответила я, вставая.
Мы вышли на кухню, и она подтолкнула меня, чтобы я двигалась быстрее.
– Что значит, ты не знаешь?
– Я ничего не планировала. Приехала сюда без…
На подъездной дорожке хлопнула дверца автомобиля. Эмили схватила сумочку, лежавшую на столе, и попросила меня сложить руки. Когда я повиновалась, она высыпала в мои ладони содержимое бумажника – монеты, банкноты, купоны, списки того, что нужно купить. Несколько мелких монеток упали на пол и покатились в разные стороны, но я не стала их поднимать.
– Мне очень жаль, – сказала Эмили Санино, переходя на шепот. – Но я не могу допустить, чтобы мой муж узнал правду. На Вест-Шор-Драйв есть телефон-автомат. Оттуда ты сможешь вызвать такси. Тебе должно хватить денег на дорогу домой.
– Вест-Шор? – сказала я, когда она распахнула заднюю дверь и только что не вытолкнула меня на улицу.
Эмили Санино посмотрела в сторону гостиной, откуда доносился звук шагов ее мужа, поднимавшегося по ступенькам крыльца.
– Сверни налево, когда сойдешь с подъездной дорожки. А потом направо по Бей-Бриз, так ты дойдешь до Вест-Шор. Пожарное депо будет прямо перед тобой. Напротив океана.
– Мне что-нибудь передать Роуз?
–
С этими словами она закрыла за мной дверь и выключила свет. Я осталась стоять на освещенном луной цементном патио. Через мгновение я услышала, как она с фальшивым оживлением приветствует мужа.
Я повернулась и направилась по переулку на улицу, но указания относительно направления смешались у меня в голове с тем, что она мне рассказала. Почти час я бродила по сонным улицам вдоль океана, сворачивая не в тех местах и возвращаясь обратно, пока не нашла пожарное депо с телефоном-автоматом. Набрав 411, я узнала номер, по которому можно вызвать такси. Диспетчер сказал, что дорога до Дандалка обойдется мне в шестьдесят долларов. Он ждал, пока я считала деньги, – оказалось, что у меня тридцать четыре доллара. Я спросила, могут ли меня отвезти за половину цены, и диспетчер ответил:
– Да, половину пути. Как вам нравится такая идея?
Я сказала, что я в восторге, и повесила трубку. Тут мне в голову пришла новая идея. Посмотрев на кнопки, я набрала комбинацию, о которой уже очень давно не вспоминала. После того как я бросила в автомат достаточное количество монет, в трубке раздался сонный голос.
– Кора? – сказала я.
– Да?
– Это Сильви.
– Сильви? Но как… О, РИБСПИН. Понятно. Я забыла.
«Ты многое забыла, – хотела сказать я, – в том числе и меня».
– Ты сказала, что я могу звонить по этому номеру в любое время, если мне что-нибудь потребуется.
Когда я в последний раз видела Кору, ее лицо было раскрашено зеленым макияжем ведьмы, и я почему-то представила ее лежащей в постели в квартире, которую она делила со своей матерью, тонкие пальцы гладят пятнистый парик и сжимают трубку, черные губы произносят слова.
– Я такое говорила, правда?
– Да. Момент настал.
– Сильви, ты в порядке? – спросила она с искренней тревогой в голосе.
– Я буду в порядке, если ты за мной приедешь. Мне нужно вернуться домой.
Она вздохнула.
– Мне очень жаль, но я одолжила свою машину Дэну. Ну, ты знаешь, владельцу Халк. У нас получился свободный торговый обмен. Его собака. Моя машина. Уж не знаю, кто остался в выигрыше. Пожалуй, моя мама, которой нравится иметь в квартире собаку. Она говорит, что Халк позволяет ей чувствовать, что ее кто-то любит. Словно я даю ей недостаточно любви…
Я забыла о привычке Коры болтать без умолку, но сейчас решила ее прервать.
– Я видела вас, как вы целовались.
Тишина. Слушая гудение в трубке, я смотрела на пожарное депо. Сквозь стеклянное окно я видела внутри ряды красных пожарных машин, мешанину фонарей и лестниц. Воздух казался таким влажным, что трудно было представить, что где-то может начаться пожар.
Наконец Кора выдохнула. Этот звук заставил исчезнуть макияж ведьмы, и она предстала перед моим мысленным взором такой, какой я увидела ее в первый раз: в руках папка, одежда тщательно выглажена, на щиколотке браслет и татуировка акулы, не говоря уже о ее намерениях одеть меня потеплее и отвести к доктору, чтобы проверить мое ухо.
