Он лишь покачал головой, ничего не ответил и начал спускаться по ступенькам. Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, а потом закрыла дверь. Прежде чем вернуться к себе в комнату, я подошла к антикварному шкафу, стоявшему в гостиной, и взглянула на книги за стеклом. Я думала о том, что несколько минут назад сказал этот человек. Затем вспомнила, как моя сестра презрительно ухмыльнулась, когда появился фальшивый призрак в парке Диснея, и о том, как она спрашивала, верю ли я в то, что мои родители считают реальным. В поисках доказательств я подтащила стул, забралась на него и потянулась к ключу, который отец хранил наверху. Хотя он никому не разрешал брать эти книги, он хранил их на удивление легкомысленно: они стояли небрежно, иногда вверх ногами, без малейшего порядка. Я вытащила самую толстую и старую. Вернувшись к себе, я сделала обложку из бумажного пакета, такую же, как для своих учебников, и написала сверху: «ИСТОРИЯ».
На старых страницах я и в самом деле отыскала историю, отличную от той, что изучала прежде: о людях из далекого прошлого, которые страдали от странных наклонностей и невероятных видений. Из прочитанного больше всего запомнились те истории, в которых рассказывалось о девочках. В первой речь шла о Мари де Валле, родившейся в 1590 году в бедной семье, в Сен-Совёр-Ланделен, во Франции. Отец Мари умер, когда ей было двенадцать. Мать вышла замуж за мясника, «чье чувство юмора и манеры напоминали животных, с которыми он работал» и который бил Мари палкой, пока она не сбежала. Несколько лет она жила на улице, пока в 1609 году ее не подобрала женщина – «наставница». После того как девочка поселилась у нее в доме, у Мари стали появляться симптомы того, что священники называли «одержимостью дьяволом». Она множество раз падала на землю, «ее рот широко раскрывался, и она отчаянно кричала от ужаса и боли». Если она проходила мимо церкви, даже не собираясь туда входить, ее тело отказывалось ей повиноваться, Мари падала, у нее начинались судороги, и ее приходилось уносить на руках.
Другая девочка, более известная, чем первая Мари, также родилась во Франции, но позднее – в 1844 году. Ее звали Мария Бернарда Субиру, хотя все называли ее Бернадетта. Благочестивая крестьянская девочка начала видеть призраков в возрасте четырнадцати лет. Вот как она описала свой первый опыт: «Мягкий Свет озарил темную нишу, и в Свете возникла улыбка. А потом появилась девушка в белом платье, волосы завязаны голубой лентой, белая вуаль, желтая роза у каждой ноги». Несмотря на некоторые сомнения, церковь объявила видения Бернадетты достойными веры. Склеп в Лурде, где ее похоронили, стал святилищем, куда в поисках чуда приходили миллионы людей.
Затем наша семья отправилась в новое путешествие. Я узнала о нем, когда Роуз заехала за мной в школу в пятницу. На приборном щитке я заметила карту, где желтым был обозначен маршрут.
– Планируешь каникулы? – спросила я.
– Я бы поехала куда угодно, только не в «Каштановый штат».
– Техас?
Роуз закатила глаза.
– Техас – штат Одинокой Звезды, Сильви. Каштаны – это Огайо. Так или иначе, но папа тебе сегодня расскажет, мы отправляемся туда на выходных.
– Еще одна лекция?
Роуз покачала головой.
– Помнишь звонки поздно вечером? Очевидно, звонил один и тот же человек.
– Кто?
– Не знаю. Не спрашивала. Но вот моя догадка: владелец дома, в котором случаются всякие жуткие вещи. Или родитель, чей ребенок попал в беду, как это случается со многими детьми.
Прошло довольно много времени с тех пор, как я видела девочку в кустах возле конференц-центра в Окале, – и мне потребовалось некоторое время, чтобы ее вспомнить. Я смотрела в окно «Датсуна» на дома, мимо которых мы проезжали, но видела испачканное кровью лицо мужчины, кричащего в темноту, и как он обратился за помощью к моей матери, а она опустилась на колени и стала напевать, протянув руку.
– Альберт и Абигейл Линч, – сказала я вслух, когда мы свернули на Баттер-лейн.
– Что?
– Ночь в Окале. Помнишь мужчину с царапинами? Как он звал кого-то, спрятавшегося в кустах?
Роуз улыбнулась.
– Как я могла забыть того извращенца?
– Я подумала, что он зовет сбежавшую кошку. Но там пряталась его дочь. Девочка по имени Абигейл. Мама помогла им после того, как ты уехала с дядей Хоуи.
– Так мама им помогла? – только и сумела сказать Роуз.
– Да. Я сама видела.
– Ну, тебе повезло, Сильви. – Когда она заговорила снова, мы уже сворачивали к дому, и в ее словах появилась тень прежней Роуз. – Нам нужно собрать вещи. Папа хочет уехать рано утром, чтобы быть на месте к полудню. Ты сама знаешь, какими услужливыми они становятся, когда люди в них нуждаются.
