– Не откажусь. – Гриша тоже свернул шлем к плечам. – А это что?
– Посмотри.
Хозяйка выдвинула из торца кроватей стоечку кофемашины.
Гриша подошёл к столу.
В коробке лежала плоская, с закруглёнными краями, прозрачно-жёлтая капсула размером с человеческую голову. Внутри её виднелось коричневое ядрышко в форме яичка, проросшее восемью побегами красного цвета.
– Что это? – спросил оператор, уже зная ответ.
– Зародыш, – улыбнулась Саманта. – Когда мы вытащили ячею, он был плотней и меньше, а потом выбросил усики. Значит, мы на верном пути.
– Вы не побоялись… принести его в палатку?!
– Во-первых, коробка полностью обеззаражена. Во-вторых, зародыш под нашим контролем.
Женщина показала лежащий на холодильнике бластер:
– Если процессы зайдут далеко, можно его будет поджарить. Кстати, он в два раза больше тех, что лежат в ячеях инкубатора. Очевидно, продержался без питания дольше.
– Один из тех двух, о которых вы докладывали?
– Второй чуть меньше, но цвет у него как у банана.
Гриша покачал головой, разглядывая капсулу со смешанными чувствами: было интересно, оживёт ли зародыш грогуса, очертаниями напоминающий восьмилапого крабоосьминога, и было страшновато, потому что в психике людей отпечатался облик злобного существа из Голливуда – «чужого», который мог встретиться им в космосе.
– Подожди минуту, я забыла кое-что. Только не трогай ничего грязными руками.
– Я не снимал перчаток.
– Коробка стерильна, не наклоняйся и не дыши на неё.
Саманта опустила язык шлема и торопливо вышла.
Гриша спрятал руки за спину, подошёл к столу, наклонился к панели микроскопа, включил сканирование.
Над столом вспыхнул квадратик экрана, развернулся в объём передачи.
На зеленоватом фоне виома проявилось изображение капсулы с ядрышком внутри, обросшей кустиками красного цвета.
Показалось, что кустики шевелятся, как ножки раздавленного насекомого.
Гриша увеличил изображение, прикидывая, где у зародыша передняя часть, а где задняя. Плод походил на крупную фасолину и одновременно на свернувшийся человеческий эмбрион в матке матери.
– Ещё один родственничек! – глубокомысленно проговорил оператор.
В палатку торопливо вскочила Саманта:
– Что ты сказал?
– Вам не кажется, что эта «фасолина» похожа на человеческий зародыш?
– Зародыши всех живых организмов на Земле в самом начале развития действительно похожи, и в этом нет ничего удивительного, если принять во внимание гипотезу панспермии.
– Старая гипотеза.
– Но её никто не отменял. Жизнь вполне могла быть занесена на нашу планету носившимися по космосу нуклеотидами.
– В таком случае Вселенная изначально была насыщена жизнью?
– Мы придерживаемся именно этого механизма возникновения планетарного биоценоза. Поэтому и эмбрион грогусов немного похож на человеческий, а человеческий, в свою очередь, – на вселенский. Кстати, по косвенным данным, грогусы не были агрессивными существами. Они воевали и потерпели поражение, но это не значит, что войну затеяли они.
– Был бы с нами Копун, уже выяснили бы.
– Справимся и без него. Да вы не переживайте, скоро мы подключим этого малыша к отдельной камере в самом инкубаторе и понаблюдаем за ним. Мои коллеги сейчас как раз занимаются наладкой питания инкубатора. Поэтому я и отнесла ячейку к себе.
– Вы меня успокоили, а то я уже подумал, что вы втайне от шефа хотите затеять эксперимент.
Саманта засмеялась:
– Нет, мы не авантюристы и не владельцы тайных лабораторий, как американцы на протяжении всей своей гнусной истории. Шеф знает о наших планах.
Гриша бросил ещё один взгляд на капсулу с «фасолиной» внутри, натянул шлем и вздрогнул от громкого голоса в наушниках:
– Куда подевался этот анархист? Голову оторву!
Оператор сообразил, что говорит капитан Брюллов и речь идёт о нём. Пока он находился в палатке Саманты, сняв шлем, его, наверно, не раз вызывали.
– Капитан, здесь я!
– Где здесь?!
– Возле ракеты.
– Тебя куда посылали?
– Биологи готовятся провести эксперимент в инкубаторе, попросили помочь.
– Шалопай! Немедленно на борт! Мы сворачиваемся!
– Э-э… – Гриша застыл статуей. – Что случилось?!
– Забирай биологов, раз уж ты там торчишь, и возвращайся. Потом снимешь группу Димитрова.
– На нас… напали?!
– Приказ покинуть Сферу, – вместо капитана ответил Димитров расстроенно. – Велено двигаться к Ланиакее.
– К Лани… куда?!
– Выполняйте приказ, лейтенант! – взъярился Брюллов.
Гриша ошеломлённо посмотрел на Саманту и увидел её растерянное лицо.
– Нам приказано… эвакуироваться! – проговорила женщина.
– Нам тоже.
– Чёрт знает что! Только мы начали разбираться с уцелевшим биоматериалом грогусов – и на тебе!
– Случилось что-то весьма серьёзное, если нам приказано двигаться к Ланиакее. Давайте я помогу отнести кейс обратно в ракету.
Шокированная Саманта начала торопливо отсоединять от кейса присоски приборов.
Через час космолётчики свернули лагеря на пяти планетах Сферы и собрались в кают-компании в ожидании руководителя экспедиции.
Жилинский заявился в кают-компанию вместе с Брюлловым.
