– Прошу прощения, Михайлович, – заулыбался Мартин, смуглолицый, с приятными чертами лица и кудрявыми волосами; по-русски он говорил с акцентом, но вполне понятно. – Не отвлекаю?
– Позвоню позже, – сказал Етоев, выключая линию со своей стороны.
– Слушаю, Мартин.
– Говорят, вы отправили свой фрегат далеко от Земли?
Шаргин улыбнулся:
– Говорят? Или тебе доложили твои парни?
Бразилец подмигнул:
– Слухи, амиго.
– Да, производство слухов у вас налажено хорошо. Что тебя волнует, дружище?
– Вы, русские, сумасшедшие люди! Сколько вас ни пытаются образумить, направить на путь истинной либерастической демократии и потребления, всё напрасно! Вы так и живёте по интересам, а не по расчёту.
Шаргин засмеялся:
– Такие уж мы неисправимые, не можем жить как овощи, а тем более как извращенцы в Европе. Но ведь ты звонишь не для осуждения нашего образа жизни? Что хотел узнать?
Лицо бразильца посерьёзнело:
– По нашим каналам прошла инфа о передаче вам китайцами какого-то невероятного оружия.
Шаргин сохранил доброжелательную мину, хотя в душе родилась досада. Мысль, что им удалось не всех шпионов и предателей выявить в секретных службах страны, мучила его давно, и слова Квесады о «слухах» только подтверждали выводы контрразведчика.
– Могу признаться, китайские товарищи в самом деле доверили изучение этого артефакта нам.
– Ой ли, изучение? – прищурился бразилец. – Мои парни утверждают, что оружие вы поставили на борт «Великолепного» и фрегат отправился в Ланиакею.
Шаргин невозмутимо пожал плечами:
– Твои парни работают великолепно.
– Да уж, не жалуюсь, – ухмыльнулся Квесада.
– Мы отправили экспедицию для поиска похитителя моллюскора и Реестра, в надежде, что вдобавок нам удастся установить контакт с его хозяевами.
– При чём тут Ланиакея?
– Мы считаем, что вор направлен к нам тартарианцами.
– Дались вам эти тартарианцы! До них пол-Вселенной!
– Расстояния нынче не имеют никакого значения. Как не имели значения и для участников межгалактической войны полмилларда лет назад.
– Если честно, мне непонятны ваши страхи. Чего нам ждать в ближайшее время, Владислав? Натовцы вопят на всю Солнечную систему о недопустимости ваших экспериментов с опасными артефактами и военными базами у других звёзд.
– Как говорил наш министр иностранных дел: чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не стреляло.
– И всё-таки, амиго, грядёт новая война?
Шаргин помолчал, задумавшись над ответом, чтобы не обидеть собеседника и не сболтнуть лишнего.
– Что вы знаете о Властителях Ланиакеи?
Мартин озадаченно потёр лоб ладонью:
– В части официальных расследований?
– В части секретных докладов твоих служб.
– По нашим данным, Властители затевают некую зачистку.
– По нашим тоже. В свою очередь, это стопроцентно означает новую войну. Именно для этого Властители и украли карту цивилизаций и военных баз, чтобы найти средства для исполнения своей затеи. – Шаргин помолчал. – Или не своей.
– Что ты имеешь в виду?
– Возможно, Властителями кто-то управляет.
– Разумом такого уровня? – удивился Мартин.
– Управлять можно разумом любого уровня, – усмехнулся Шаргин. – Если управляющий ещё умнее.
Бразилец оценивающе вгляделся в лицо Шаргина.
– И всё же, по утверждениям ваших же учёных, Властители представляют собой более высокоорганизованную структуру, чем наша цивилизация. Кто конкретно, по-вашему, может управлять такой силой?
Шаргин задумался. О гипотезе Шапиро, занимавшегося теорией постразума, говорить не хотелось. Ничего секретного в ней не было, но пришлось бы, чтобы не обидеть собеседника, долго объяснять ему, что это за штука – За-Разум. В голову пришла мысль упростить терминологию и закончить беседу.
– Властители представляют собой цивилизацию промежуточного уровня: они овладели энергией своей звезды и вплотную подобрались к энергии всего галактического скопления Ланиакеи. Но до манипулирования энергией всей Вселенной им ещё далеко. Вероятен вариант использования тартарианцев в своих целях другой системой – вселенского масштаба.
Мартин помрачнел:
– В таком случае надо немедленно созывать Совбез СОН…
– Генсек СОН – поляк, – намекнул Шаргин. – Что бы мы ни предлагали в сфере общей безопасности, он не даст нам шанса выступить на Совете безопасности.
– Но ведь речь идёт о глобальной угрозе! – возмутился Квесада.
– А этим деятелям плевать! Как и сто лет назад, решения наверху принимают не самые умные из нас, а самые «успешные», по ими же разработанной шкале измерений этой «успешности» – деньгам. Любое инакомыслие они считают неправильным, недопустимым, диким, заслуживающим недоверия и осуждения. Особенно если учесть отношение Польши к России в прошлом веке. Только пять стран в мире до сих пор не сняли с России санкции, введённые ещё сто лет назад, в том числе Польша.
– Это… неправильно.
Шаргин пожал плечами:
– Это факт.
– Мы сами, на уровне правительства Бразилии, внесём в план Совбеза обсуждение проблемы с тартарианцами. Но мне понадобится дополнительная информация.
– Флаг вам в руки, как говорится. Информацию мы вам дадим.
– Тогда до встречи! – Бразилец широко улыбнулся. – Вместе мы справимся!
