– Слава богу! Иначе пришлось бы убираться из системы несолоно хлебавши. Дамир, спешно на фрегат!
– Разворачиваюсь.
«Голем» вырвался за пределы атмосферы «пыльной грибопланеты», словно выпущенный из рогатки камешек.
Но вернуться за неожиданно проявившимися «террористами» космолётчикам не дали обстоятельства. Не успел катер финишировать в транспортном отсеке «Великолепного», как трансляторы интеркома сообщили голосом Дроздова:
– К нам гости! Жду указаний!
Шмелёв махнул рукой Диане, направляя её в рубку, и поспешил в жилой сектор корабля.
Диана добралась до поста управления вслед за Дамиром, рухнула в кресло, и стало ясно, что случилось: к «грибопланете» приближался длинный хвост «пограничных заградителей», напоминая очертаниями хищную птицу. Вёл стаю за собой гигантский двухголовый «крокодил», являясь как бы клювом крыла.
– Что они передают?!
– Ничего, – лаконично ответил Дроздов.
– Капитан, – быстро проговорила Таисия Котик, – сюда мчатся «крокодилы»!
– Уходим в невидимость! – скомандовал капитан.
– Есть!
Корабль надел на себя купол защитного поля и сделал короткий прыжок в пространстве, прячась за «спину» соседней планеты.
– Что произошло на острове? – хладнокровно спросил Дроздов.
На связь вышел Шмелёв, занимавшийся лечением травм в своей каюте:
– У нас проблема! Что-то случилось с психикой наших учёных! Игорь Ильич и Джон напали на нас, уничтожили гриб с посланием. Диана, объясните, я буду через десять минут.
– Но в нашу сторону мчатся «крокодилы»!
– Подождут.
Диана улыбнулась, вспомнив пережитый на грибопланете шок, и осталась на месте, одним ухом прислушиваясь к бормотанию компьютера кресла, начавшего хлопотать над ней с целью обследования и подлечивания, а другим вылавливая голоса космолётчиков.
– В общем, Илья Сергеевич всё сказал: мы чудом выжили! Ситуация же такова…
Рассказ о прошедших событиях длился минуту.
– Ваше мнение? – закончила Диана. – Что могло повлиять на наших коллег? Уж явно не стресс одиночества или страх бесконечных пространств. Ведь до этого момента они вели себя адекватно.
– Мы, к сожалению, не вели персональные наблюдения, – хмуро сказала Дарья Черкесова.
– Надо по-быстрому связаться с Центром, – предложила Марина Качева. – Если на них и есть досье, то наверняка только там.
– Хоть я и не психолог, – заметил Терехов, – но уверен, что такие внезапные психические срывы можно объяснить только одним способом.
– Назовите.
– Они завербованы! То, что случилось у Пушистой, возможно, не прошло бесследно. И сейчас каким-то образом сработали заложенные в психике Игоря Ильича и Джона закладки.
Наступила тишина.
– Но их же проверяли, и не раз? – засомневалась Диана.
– А это уже не моя задача – разбираться с тем, как это было сделано. Пусть этим занимаются наши контрразведчики.
В зале поста появился спешащий и заметно хромающий Шмелёв.
– Всё в порядке, у меня сломано ребро, – пояснил он в ответ на взгляды космолётчиков, – и вывихнуто колено. Диагност говорит, что к вечеру я буду в форме. Я вас услышал, Бен. Спасибо за хорошую идею. Конечно, мы запросим Центр, как только избавимся от опеки пограничников. Но предполагаю, что Игоря Ильича и Джона запрограммировали на Земле.
– Интересно, когда? И кто?
– Когда – можно вычислить. Думаю, когда «Великолепный» ещё только проходил послепоходный биоконтроль. С другой стороны, вполне возможно, что зателепатил обоих похититель Реестра.
– Зачем? – выразила своё недоумение Диана.
– Могу предположить, что хозяин этого диверсанта, захватившего и наш беспилотник, и моллюскора, очень не хочет, чтобы мы, во-первых, нашли Копуна и, во-вторых, установили мирный контакт с тартарианцами.
– Опять-таки, зачем?
– Просто сработал закон «трёх В».
Терехов, сидевший в своём каютном ложементе наравне с другими экспертами, озадаченно помолчал.
– Вы имеете в виду закон войны?
– Верно, это аббревиатура слов «война выгодна всем». Закон известен давно, ему не меньше тысячи лет, и он точно отражает состояние земного социума.
– Именно что земного.
– Как мы убеждаемся всё больше, воюют не только люди, начиная с появления жизни на Земле, но и все, кто населяет нашу Вселенную. Аналитики Коскона вообще пришли к выводу, что всеобщая галактическая война была запущена с Земли в эру карбона, то есть двести миллионов лет назад.
Динамики интеркома донесли по отсекам тихие реплики членов научной группы.
– Основание такого вывода? – хмыкнул Терехов.
– Шаткие, – признался Шмелёв, – но есть.
– Прерву вас, – мягко сказал Твердыня. – Оставшийся на острове дрон зафиксировал интересное действие. Даю запись.
Световая окружность очертила окно в виоме обзора.
Дрон в это время пролетал над невысоким берегом грибного острова, обозревая полосу прибоя, и заметил спускающуюся к воде фигуру. Человек в «кокосе» остановился по пояс в сизом слое испарений, замахал руками. Но сигналил он не земному аппарату. Сверху, из серых струй тумана, опустилась к воде сверкающая льдом «летающая тарелка», подхватила человека ветвью «мха», втянула в корпус и бесшумно канула в небо.
Запись кончилась.
– Кто это был?! – сдавленным голосом спросила Дарья Черкесова.
– Шустов.
