– Я уже намекал. Портал перевернул нас.
Образовался всплеск тишины.
– Что вы имеете в виду? – удивлённо спросил Весенин.
– Общеизвестно, что объекты из тёмной материи не могут взаимодействовать с объектами из обычной материи, из которой состоит наша Вселенная. Что такое портал? Это устройство, играющее роль клеточной мембраны, но при этом она превращает все частицы переходящего из нашего мира в Тьмир объекта в частицы тёмной материи. Это верно и в том случае, если Тьмир – Вселенная из антиматерии. Портал просто поменял знак.
– Ух ты! – не сдержался Спирин.
– Просто поменял знак? – усмехнулся Весенин. – Ну, знаете ли, Всеволод! Ваши доказательства гроша ломаного не стоят!
– А я не доказываю, – весело отрезал Шапиро. – Я размышляю и предлагаю варианты.
– Спекулируете на незнании темы другими?
– Научные спекуляции не менее важны, – хмуро проговорил Любищев, – чем устоявшиеся законы.
– Возвращаю катер, – сказал Дарислав.
Возражать никто не стал.
«Голем» вернулся в «атмосферу» псевдопланеты, однако с возвращением на борт опоздал. Из-за колючего «можжевельника» за его кормой вдруг высунулась плоская голова знакомого змея и догнала катер. Защитное поле отбило массивный таран гигантской головы, хотя от удара катер кувыркнулся вперёд сразу на сотню метров. Компьютер перешёл на стохастическое маневрирование, и последующие атаки ажурной твари уже проходили мимо. «Голем» добрался до корабля на минуту быстрее, чем змей.
– Вот вам наглядное доказательство того, что все местные «планеты» суть нервные узлы Тьмира, – назидательно проговорил Шапиро. – Налицо иммунная атака. Змей в этом контексте – антивирус.
– Уходим? – спросил капитан Давлетьяров.
Дарислав заколебался:
– Попробуйте остановить его.
– Готова! – сообщила Жозефина Агилера.
«Салют» выстрелил из гравиразрядника.
Масса импульса, конечно, была не такой большой, какими манипулировал сам змей, но всё же её хватило, чтобы отбить хищную рогатую голову, словно ракеткой – теннисный мяч.
– Ювелирная работа! – похвалил работу оператора Шапиро. – Вы молодец, Жози!
Девушка не ответила, сосредоточившись на ситуации.
Змей крутанулся, как настоящая змейка, кинулся на эскор с нарастающей скоростью, но получил такой же точный «удар под дых», заставивший его вести себя менее агрессивно.
– Крутаните стандартный ксеноблок!
– Отправляю, – отрапортовал Калиф.
Речь шла о записанной на Земле программе контакта с негуманоидными цивилизациями Вселенной. Помогала она далеко не всегда, но без неё корабли из Солнечной системы в космос не уходили.
Змей пошёл в атаку, но получил ещё один «апперкот». Невидимый кулак гравиполя воткнулся ему в морду, сплющивая в подобие ажурной тарелки. Тело змея по инерции собралось в гармошку, но не рассыпалось на отдельные узелки и детали. Какое-то время он извивался, как раздавленный червяк, потеряв интерес к эскору. Но вскоре вернул былую форму и застыл перед кораблём угрюмой стрелой, словно раздумывая, нападать дальше на проникший в Тьмир «вирус» или подождать.
– Не суйся! – посоветовал ему Ткачук, будто змей мог его услышать.
– Ничего не передаёт? – спросил Дарислав.
– Молчит как партизан, – ответил Калиф.
– Это автомат с узконаправленной программой, – сказал Шапиро. – И не нападает он не зря.
– Поясни.
– Убедившись в том, что его мощи не хватает для ликвидации вирусной угрозы, каким он видит наш корабль, он должен был вызвать подмогу.
– В таком случае нам лучше убраться от этого волчка подальше, – сказал Весенин, продолжая гнуть свою линию. По информации Дарислава, изучившего перед отправкой характеристики членов экспедиции, трусом он не был, однако осторожность физика уже начинала граничить с трусостью.
– У меня другое предложение, – заявил Шапиро. – Пока наш змеиный приятель смирно прикидывает свои возможности, можно сделать вылазку в глубь Тьмупитера.
– Ради чего? – осведомился Весенин.
– Ради дела, – прилетел ответ Всеволода. – Во-первых, в глубинах ганглия может прятаться маячок Копуна. Во-вторых, мы попробуем установить контакт с хозяином Тьмупитера. Чем Бог не шутит?
– Вы уверены, что он есть?
– Бог?
– Хозяин Тьмупитера.
– Уверен почти на сто процентов. Уж слишком красноречива форма ганглия – ровный конус. А если повезёт, через него мы установим связь и с мозгом Тьмира.
– Красиво говорите, Всеволод! – одобрительно проговорил Ткачук. – А главное – убедительно.
– Так что, рискнём?
– В крайнем случае направим в этот конус беспилотник, – сдался Весенин. – А сами отойдём на время его похода.
– Ни один беспилотник не имеет оборудования, нужного для полноценного анализа ситуации, – добавил Шапиро голосом дьявола-соблазнителя. – Только эскор сможет это сделать за считаные минуты.
– На что вы намекаете? – хмыкнул Ткачук.
– Не намекаю, говорю прямым текстом.
– Идём на «Салюте»! – принял наконец решение Дарислав, неожиданно испытав облегчение. Впечатление было такое, будто спящий в голове «мотылёк глубокой психики» нежно похлопал крылышками по затылку.
– Ура! – выразил своё отношение к этому Спирин.
