Шустов сидел в одном из «кресел», вглядываясь в светящийся экран «вархакера» – взятого с собой комплекса обработки данных, и поглядывая на «лист кактуса» перед собой. Руки он вставил в раструбы на горизонтальном «листе кактуса», и с каждым движением рук внутри кактусовидного «экрана» изменялись геометрические фигуры.
Рядом стояли Терехов и Кочевая, на сводящие глаз с виома «вархакера».
Остальные космолётчики разбрелись по залу, осматривая удивительные инопланетные аппараты.
Воздух в зале присутствовал, но дышать им было нельзя (атмосфера Пушистой на пятьдесят процентов состояла из углекислого газа, на сорок из азота и лишь на десять из кислорода), поэтому шлемы не откидывали, и узнать каждого десантника можно было только по светящимся опознавательным шевронам на плечах.
Дамир сориентировался, подбежал к группе Шустова.
– Игорь Ильич, Бен, алярм! Капитан послал меня срочно вернуть вас на борт!
– В чём дело? – недовольно спросил Терехов.
Волков рассказал всё, что знал сам, о деятельности пыли над морем, добавил:
– К тому же катер Ромы сбит!
Терехов замер, отвернулся от «экрана».
– Как сбит?!
– Я подлетел – он торчит в иле кормой вверх, никто не отвечает, а один я не смогу его вытащить. Вдобавок там жрут корпус Опухоли аж три «пиявки»! – Дамир помедлил: – То есть уже две, одну пришлось грохнуть, мешала подойти.
Терехов молчал две секунды, взвешивая решение. Дотронулся до плеча Шустова, продолжавшего шевелить руками внутри конусовидных раструбов.
– Игорь Ильич, уходим!
– Я нащупал ввод, – выдохнул начальник экспедиции. – Это точно компьютер, хотя и создан другой цивилизацией. Нашим спецам на Земле удалось расшифровать послание пушистиков, и я смогу прочитать всё, что записано в памяти этой машины, используя уже известный ключ.
– Ситуация изменилась, будем возвращаться.
– Оставьте меня здесь, я попробую вытащить блоки памяти.
– Встать! – рявкнул Терехов так, что Дамир и Марина вздрогнули. – Уходим!
Шустов оглянулся, оставаясь сидеть.
– Дайте минуту, умоляю!
– Дорога каждая секунда! Надо ещё выяснить, что случилось с Филиным!
– Господи, мы же у порога эпохального открытия! Если удастся вскрыть браузер этого компьютера – выясним, что произошло на Пушистой!
– Чёрт бы вас побрал, Игорь! Вы фанатик!
– Я просто делаю своё дело…
– Даю минуту! – Терехов вызвал разбредшихся по залу коллег Шустова: – Голенго, Любина, Черкесова – марш к катеру!
– Я нашла что-то интересное, – послышался голос ксенобиолога экспедиции. – Разрешите…
– Марш в катер, я сказал!
Любина ойкнула, не привыкшая к тому, чтобы с ней говорили таким тоном.
– Люба, мы все погибнем, если не уберёмся отсюда! – поспешила Марина объяснить женщине поведение Терехова. – Бежим на катер!
Десантники поспешили к люку, осознав, что опасность действительно велика. В зале остались трое: Шустов, Терехов и Дамир.
– Чем помочь? – деловито спросил молодой человек.
Шустов не ответил.
Один из нижних листьев «кактуса» внезапно крякнул и встал вертикально. Его шипы, окружавшие лист, затеплились тусклым фиолетовым свечением.
– Нашёл! – торжествующе воскликнул учёный. – Блок памяти!
Терехов и Дамир оглядели лист.
– Ну и что дальше? – спросил специалист по безопасности. – Он откроется? Что собой представляют носители памяти? Как выглядят?
– Не знаю, – смутился Игорь Ильич.
– Здрасьте! Тогда какого дьявола мы здесь торчим?!
– Давайте унесём весь этот блок, – предложил Дамир.
– Каким образом?
Оператор направил ствол «универсала» на плече к «листу кактуса», перевёл режим боя на ультразвук и как ножом срезал «сучок», соединявший лист со всей конструкцией. Подхватил лист длиной в полметра, не дав ему упасть на пол.
Шустов выдернул руки из раструбов, вскочил.
– Что вы сделали?!
Онемевший на мгновение Терехов хлопнул оператора по плечу.
– Молодец, лейтенант! У вас дар опережать действием собственную мысль! Уходим!
Шустов замешкался, Терехов подтолкнул его к выходу, и все трое выбежали из зала наружу.
Через несколько минут разместились в двух «големах», оставив тамбур и робота в отсеке, и Дамир первым вывел свой шлюп из верхнего помещения Опухоли.
Над шлюпом Филина кружила струя «нанослизи» в форме гигантского ската. Пришлось отгонять её лучом неймса, развалив на тающие облачка серого тумана.
Затем оба «голема» поднырнули под утонувший в иле катер, вырастили манипуляторы и вытащили аппарат из коричневого слоя грязи. Он по-прежнему не отзывался ни на вызовы, ни на стук по корпусу, и перед руководителями десанта встал вопрос, как доставить шлюп на борт корабля.
– Что там могло случиться? – прошептала Дарья, вместе с Шустовым и Тереховым занявшая место в катере Дамира.
– На них напали, – предположил Дамир, наблюдая, как из темноты к ним тянутся струи наноботов.
– Они же могли отбиться…
– Значит, не смогли. Кстати, когда на меня бросился один сгусток, меня шибануло электрическим разрядом. А ведь «голем» имеет отличную полевую защиту.
– Мы тоже ощущали электрические судороги, когда к нам приближались эти струи. Наверно, они используют какое-то неизвестное излучение.
– «Голем» способен отразить все виды излучений, – возразил Шустов.
