Спутники рассыпались вдоль стен зала, также начиная стрельбу, кто плазмой, кто лазерными лучами. Плазменные «пули» – сгустки пламени, напоминающие крупные жёлуди, – в данном случае оказались эффективнее, проникая внутрь ажурных тел «насекомо-мышей» и поджигая какие-то горючие органы. Лазерными же лучами приходилось бить несколько раз по одному и тому же киберу, потому что попадание луча не гарантировало его уничтожение.
Однако внезапная атака из десятка стволов (начала стрелять и Диана, оказавшаяся неробкого десятка) не произвела на «мыше-насекомых» особого впечатления. Страх не был заложен в основы их программного обеспечения, и лишь программа самосохранения, превратившаяся в «механический инстинкт», заставила стадо атакующих отвлечься на удар в спину.
Они начали разворачиваться и отстреливаться, применяя практически те же лазеры и плазмеры, что и земляне, но оборонявшиеся тут же усилили огонь со своей стороны, и через пять минут боя была уничтожена последняя «супермышь».
Ещё с минуту космолётчики выискивали в зале и в коридорах оставшихся в живых киберов, потом отключили силовые плащи, делавшие людей невидимками, и с возгласами радости начали хлопать друг друга по плечам и обниматься.
– Я знал, что ты примчишься на помощь! – обнял брата Дамир. – Было такое предчувствие! Бен, знакомьтесь, мой брат Дарислав.
– Терехов, – сказал Терехов, перекладывая из руки в руку какой-то необычной формы излучатель, протянул высвободившуюся руку.
– Наслышан, – сказал Дарислав, пожимая протянутую руку, кивнул на излучатель. – Что-то новенькое?
– Местное производство, – усмехнулся Терехов. – Стреляет каким-то полем, от которого наноботы дохнут мгновенно, как от яда.
– Что у вас творится?
– Тут такое творится! – взорвался Дамир. – Рассказать кому – примут за сумасшедшего!
– Тогда молчи, чтобы не приняли, – рассмеялся Дарислав.
– Минуту, – остановил братьев Терехов. – Времени у нас, к сожалению, кот наплакал. Выслушайте самое главное…
Из-за ближайшей закопченной и полуразрушенной металлической конструкции вдруг вылезла жуткая фигура, заставив бойцов Волкова направить на неё стволы «универсалов».
Дамир хохотнул.
– Не пугайтесь, это пушистик. Последний оставшийся в живых обитатель Опухоли. Не обращайте внимания на его насекомью морду, он не красавец, но помог нам здорово.
– Сюрприз, однако.
– Юра Рушевский с ним долго возился, пока мы не научились понимать его скрипы.
– Минуту, парни, – снова остановил младшего Волкова Терехов. – Детали потом. Мы общаемся с пушистиком через лингвер, но парень очень слаб и вот-вот отдаст богу душу. Главное, что вы должны знать: пыль, что летает по всей планете…
– Мы встретили рой, когда шли к вам.
– Это не просто наноботы.
– Искусственный интеллект, вышедший из-под контроля, так?
– Это Вестник, «машина судного дня», такая же, как Мурекс, которым завладел Курт Шнайдер. В результате эволюционной аномалии или скорее ошибки разработчиков она сошла с ума и уничтожила всех сородичей этого товарища. Опухоль создавали в условиях тотальной войны с нанопылью, надеясь на помощь других разумных, но мы прилетели слишком поздно.
– Откуда вы знаете? О Вестнике?
– Пушистик признался, – сообщил Дамир.
– Наша задача – как можно быстрее вырваться отсюда, – закончил Терехов. – По косвенным признакам можно сделать вывод, что наноботы собираются уничтожить Опухоль. Мы попробовали сбежать на местной подводной лодке, но не смогли, и нас загнали обратно.
– Кажется, мы встретили какую-то небольшую посудину. Её раздолбали наноботы. Над Опухолью висит огромное кольцо слизи и носятся «пиявки».
– На чём вы спустились?
– Как и вы – на «големе».
– Где оставили?
– Рядом с вашими катерами. Кстати, где остальные ваши спутники? Вас должно быть семь человек.
Возникла пауза.
Дамир развёл руками, сказал виновато:
– Это все, кто остался в живых. Двое… погибли.
Дарислав оглянулся на Диану: показалось, что она всхлипнула.
– У тебя есть вопросы к пушистику?
– У нас же нет времени, – проговорила женщина дрожащим голосом. – Может быть, как-нибудь потом…
– Потом не будет, – отрезал Терехов. – Нам придётся оставить его здесь. Даже если мы сможем переправить его на фрегат в целости и сохранности. Наш воздух не годится для дыхания пушистиков.
– Скафандр…
Пушистик вдруг что-то быстро зачирикал.
Рушевский, проявив хорошую реакцию, подогнал робота с лингвером.
– Переведи, с чего он заволновался.
– Не хочет, – выдал лингвер. – Он никуда не пойдёт.
– Но он погибнет!
– Он понимает, так как погибнет всё равно.
– Уходим! – угрюмо бросил Терехов.
– К катерам?
– Есть ещё варианты?
– Может, он знает какие-нибудь хитрые выходы из Опухоли? Прорытые соотечественниками тоннели, ВИП-бункера, а то и супероружие. Вдруг таковое имеется?
– Да вроде нет… – озадаченно проговорил Дамир.
– Вы спрашивали?
– Про оружие спрашивали.
– Спросите о тоннелях.
– Давайте всё-таки сначала уйдём отсюда, – предложил Терехов. – У них ближе к периметру действительно есть оружейный склад, там можно будет передохнуть пару минут.
– Идёмте. – Дарислав сделал жест Голубеву, направляя его вперёд.
– Так оставляем его? – заколебался Рушевский.
