– Можно было чем-то завесить стены комнаты, – ответил Раоден. – Но впечатление от сияющего города поражало, впрочем, многие элантрийцы принимали его за должное и научились спать при свете.
– Потрясающе, – безучастно произнес Галладон. – Так что там со слизью?
– Существуют плесень и мхи, которые питаются светом. Свечение Дор отличалось от обычного солнечного света и притягивало особый вид плесени. Тончайший, почти прозрачный слой грибка покрывал все вокруг; элантрийцы не пытались с ним бороться – его почти не замечали, и к тому же сияние от него усиливалось. Плесень никому не мешала, пока не погибла.
– Свечение пропало… – начала Карата.
– И плесень начала гнить, – закончил принц. – А поскольку грибок покрывал весь Элантрис, то теперь его заменила слизь.
– И в чем смысл лекции? – с зевком спросил дьюл.
– Еще одна нить, еще одна догадка о том, что случилось во время реода. Приходится распутывать клубок с конца, дружище. Мы пытаемся выяснить, что произошло десять лет назад; возможно, если понять, что натворил реод, мы узнаем, что его вызвало.
– Ваше предположение звучит разумно, милорд, – произнесла Карата. – Элантрийская грязь всегда казалась мне неестественной. Я однажды видела, как дождь хлестал по стене и не размыл ни пятнышка.
– Слизь маслянистая и отталкивает воду. Вы же слышали возмущение Кахара, как трудно ее отскрести?
Карата закивала и принялась листать толстый том:
– В этих книгах множество сведений.
– Да. Хотя написавшие их ученые порой изъясняются до умопомрачения запутанно. В поисках ответа на определенный вопрос приходится копаться часами.
– Например?
Раоден нахмурился:
– Например, я не нашел ни одного намека на то, как создавали сеонов.
– Ни одного? – удивленно переспросила элантрийка.
Принц покачал головой:
– Я всегда считал, что сеонов создала Эйон Дор, но, если так, книги ничего не говорят о процессе. Много написано о Переходе знаменитых сеонов, но больше ничего.
– Переходе?
– Передача сеона от одного человека к другому. Если у тебя есть сеон, ты можешь его кому-нибудь отдать или завещать после смерти.
– Значит, даже обычные люди могут иметь сеона? – спросила Карата. – Я думала, они только для дворян.
– Все зависит от предыдущего хозяина.
– Хотя не думаю, что кто-то из дворян отдаст сеона первому встречному крестьянину, – добавил Галладон. – Сеона, как и деньги, стремятся сохранить в семье. Коло?
Карата нахмурилась:
– А что случается, если хозяин умрет и не скажет сеону, к кому тот должен отправиться?
Раоден задумался, пожал плечами и вопросительно взглянул на дьюла.
– Не смотри на меня, сюл, – откликнулся тот. – У меня никогда не было сеона.
– Не знаю, – признался принц. – Наверное, сеон сам выберет нового господина.
– А если он не захочет?
– Не думаю, что у сеонов есть выбор. Между ними и хозяевами существует некая связь. Например, если господина забирает шаод, сеон сходит с ума. Мне кажется, служение людям заложено в основу их волшебства.
Карата кивнула.
– Господин Дух! – послышался быстро приближающийся голос.
Принц вопросительно приподнял бровь и захлопнул книгу.
– Господин! – в двери ворвался Дэйш. Высокий элантриец выглядел скорее пораженным, чем встревоженным.
– Что случилось?
– Джьерн, милорд! – возбужденно выкрикнул Дэйш. – Он излечился!
Ты провела в Арелоне всего пять недель и уже ухитрилась свергнуть короля. Шустро, не поспоришь. – Голос Эвентио звучал весело, но светящееся в сеоне лицо искажала забота.
Он не хуже принцессы знал, что в стране, охваченной смятением после падения правительства, опасности поджидают и чернь, и знать без разбору.
– Я не нарочно! – запротестовала Сарин. – Доми милостивый, я пыталась спасти идиота! Зачем он связался с мистериями?
Отец откровенно посмеивался:
– Мне не следовало посылать тебя в Каи. Я и врагам сочувствовал, когда мы тебя к ним отправляли.
– Ты меня сюда не посылал, отец. Замужество было моей идей.
– Рад слышать, что дочь так высоко ценит мое мнение.
Сарин охватило раскаяние.
– Прости, отец, – вздохнула она. – Я никак не могу успокоиться после… Ты не представляешь, какой ужас я видела!
– Ин, милая, я представляю. К сожалению. Только не могу понять, как миролюбивая вера Джескера породила подобный этим мистериям кошмар.
– Так же как Шу-Дерет и Шу-Корат появились из учения старика-джиндосца.
Настала очередь Эвентио вздохнуть.
– Значит, Йадон мертв?
– Ты уже слышал?
– Я заслал в Арелон осведомителей, Ин. Я не собираюсь бросать единственную дочь на произвол судьбы в чужой стране.
– И кто твои осведомители? – с любопытством спросила принцесса.
– Тебе знать необязательно.
– У них должен быть сеон, – размышляла Сарин. – Иначе ты не мог узнать про Йадона так скоро – он повесился прошлой ночью.
– Я тебе ничего не скажу, – развеселился Эвентио. – Если ты узнаешь, кто он, то непременно решишь переманить у меня из-под носа.
– Ладно. Но когда все закончится, лучше тебе во всем покаяться.
– Ты все равно с ним незнакома.
– Ладно, – с деланым равнодушием повторила девушка.
Король засмеялся:
– Расскажи мне о Йадоне. Как он умудрился достать веревку, во имя Доми?
