Был межпланетный ринг от звонка к звонкуКак стрельбище каждый шаг к дверному глазкуБатлом батл, сновидение сном, клином клинДля веры, что реки сойдутся в адреналинНо реки, как веки, и сходятся, чтоб разойтисьНаш герой часто слышал «Да ладно» и «Попустись»И думал: «А как, как тут попустишься? Не поможет и кольт»Кстати, пора уже дать парню имя. Пусть он будет – ИзольдАссимиляцией всех ремиссий прозвенит тишинаИ грянет ласковый дождь в стратосфере, которая не нужнаИ вот он спускается в сумрачный АльфавильС лицензией на убийство своей любвиБыл странный принцип верить своим друзьямНо какой-то злой демон их всех превратил в обезьянВ личной жизни царила вендетта, много бухлаА потом наступило лето, ша-ла-ла-лаЛето, зима – за чертой не один ли хренБарбусы выросли взрослыми, ростом с муренС пистолетом Magnum в дверном проёме здоровенный АмурИ хвост его как гордиев узел. Точней – как бикфордов шнурГде же твоя Тристана, Изольд? Что это за расклад?Её светлые волосы перехвачены лентами автострадИ вот он спускается в сумрачный АльфавильС лицензией на убийство своей любвиБыл леденящий кайф от того, что всёУместилось бы в три стихотворных строчки БасёИ сколько таких Изольдов ушло в рассказГде вместо сюжета сталь воронёных глазИ Тристана приходит в общество Аэлит,Где каждая, кто не Иштар, то значит – ЛилитИ прекрасная половина общества, солнечный батальонОбсудит, как выйти замуж за милльонера, и как украсть миллионНочь полнолуния. Звёздная уния. И звёзды, ведя хороводБудут петь: Пойди, Автор, выпей яду, а кто-нибудь – Автор жжётИ вот он спускается в сумрачный АльфавильС лицензией на убийство своей любвиИ вот Мы спускаемся в сумрачный АльфавильИ у каждого штампик в паспорте: License to kill…<p>Ashes to ashes</p>
