Она, та, кто считала себя спутницей Годвина, принца Смерти, столкнулась с тем, что походило на его антипод. Воплощение жизни и надежды, тёплого, освещающего путь Солнца.
Были ли правы все те, кто порочил её имя?
— Солнце моё… — чувственно прошептала женщина. — Не исполнишь мою просьбу?
Константин вырвался из объятий Фии, подняв на неё взгляд.
Почему-то по спине женщины пробежал холодок: частично окрасившиеся в золотой глаза Константина будто смотрели ей прямиком в самую душу.
Такое чувство, будто он уже знал, о чём она попросит, и просто ждал этого.
Фия неуверенно потянулась за кинжалом, который она не отпускала от себя ни на день.
— П-пожалуйста, узнай, чей это кинжал, и верни его владельцу…
— Я не думаю, что он заслуживает смерти, — негромко произнёс Погасший.
Изменение. Она с самого начала почувствовала, что мужчина изменился не только где-то глубоко внутри своей сущности, но даже его сознание и восприятие неуловимо изменилось.
Будто ранее спящий человек, общающийся с ней в полудрёме, неожиданно открыл глаза.
— Т-ты…
Предзнание Константина не могло не испугать Фию. Женщина и так чувствовала себя незначительной перед кем-то столь могущественным, но теперь…
— Он всего лишь последователь единственного принявшего его учения[202], — негромко произнёс Константин. — Если предложить ему и его брату лучшую альтернативу, то он согласится и сможет принести пользу.
По крайней мере, у Константина создавалось такое ощущение.
— А-альтернативу?
Константин улыбнулся.
— Мёртвые не познают покоя, даже если получат свободу. Твой владыка не воскреснет.
Страх Фии медленно перерос в ужас, сердце женщины забилось быстро-быстро.
Внешние Боги свидетели, она боялась того, что могла услышать. И вместе с тем — безумно хотела услышать.
— Я… я не понимаю…
Костя, какое-то время смотря в глаза обнимающей бесчисленных соулслайкеров вайфу, окончательно убедился в том, что был в силах помочь.
В конце концов, Константин с самого начала не собирался погружать мир в Эпоху Сумрака. Пусть не сейчас, обнимающая вайфу всё равно рано или поздно попыталась бы что-то сделать.
Лишать же жизни вайфу…
Это было даже не смешно.
— Восславь Солнце.
Междуземье было огромным, и брат Корин, конечно же, знал это. Найти одного конкретного человека было всё равно, что искать иголку в стоге сена.
Правда, в случае их нынешней Эпохи иголку на выжженной земле, но сути дела это особо не меняло.
— Откуда здесь столько простолюдинов… — удивлённо пробормотал Корин.
Он знал, что Золотая Маска должен был быть где-то на Плато Альтус. Но Плато Альтус было огромным, как и количество видов, откуда можно было восхищаться красотой Древа.
Изначально думая обратиться к живым мертвецам
Просто пустышками. Целые толпы иллюзий, населившие собой всё Плато Альтус, полные копии друг друга.
Чем глубже Корин заходил — тем больше он видел этих кукол, и тем более жуткой становилось атмосфера.
Почему? Кто? Зачем кто-то создаёт копии одного и того же простолюдина?
Вместо того, чтобы узнать дорогу и найти учителя Золотую Маску, священник начал задумываться над тем, чтобы на время покинуть жуткий регион, и лишь желание встретить героя толкало его вперёд, несмотря ни на что.
В крайнем случае, незримо следовавшая за ним служанка может попробовать спасти его и перенести в крепость. Брат Корин был не из тех, кто так просто бежит от проблем.
К счастью, на этот раз судьба улыбнулась священнику.
Ну, или почти.
— Брат Корин?
Идя по тропе, переполненной безликими простолюдинами, Корин больше всего на свете боялся того, что они резко оживут и нападут на него.
Не нужно было уточнять, какой была реакция священника: он испуганно вскрикнул, покрывшись золотистым светом, уже думая дать бой не на жизнь, а на жизнь во смерти, но, к собственному удивлению, успокоился практически моментально: голос.
Он был знакомым.
Корин, чувствуя, как у него от страха свело желудок, медленно повернул голову, увидев перед собой знакомую фигуру Погасшего. Одетую фигуру Погасшего.
— Константин?.. — глупо переспросил священник.
Вытянувшийся на голову Погасший, появившийся из ниоткуда, улыбнулся.
— Я знаю, где Золотая Маска.
— А?..
Почему-то Корину показалось, что ранее безразличные простолюдины, заполонившие собой всё Плато Альтус, с вызовом уставились на Константина.
Но, наверное, показалось.
Сказать, что герой Золотая Маска не внушал доверия — значит ничего не сказать. Он выглядел так, будто раз эдак пять сгорел заживо и провёл большую часть жизни
Стоя на разрушенном мосту, он молча смотрел вдаль, в сторону возвышающегося Древа Эрд, над чем-то думая.