Константин покосился на стоявшую недалеко невозмутимую Великую драконицу, разглядывающую труп другого древнего дракона.
— Нет.
Ему хотелось побыстрее закончить этот проклятый квест уже далеко не только из-за спешки.
Позже Погасшему обязательно нужно было серьёзно поговорить с Рожером…
Собираясь возлечь с Годвином, дабы породить руну, что получит новый владыка и приведёт Междуземье в новую Эпоху, Фия никогда бы не подумала, что её мечта, к которой она шла столь долго…
Будет исполнена, но со столь кардинальными изменениями.
— Ты смог проникнуть по собственной воле в смертный сон… — пробормотала Фия, оглядываясь.
Пространство вокруг искажалось и переливалось. Мир будто бы напоминал отражение самого себя, одновременно и являясь им, и не являясь.
Само мироощущение отличалось, напоминая чем-то…
Собственно, сон.
Их тела сейчас мёртвым сном спали у трупа, чего нельзя было сказать про их сознания. Спутница мёртвых обладала многими необычными талантами, недоступными большинству живых существ, и она точно не могла ожидать, что и без того могущественный воин и чародей, благословлённый Солнцем, окажется способен ещё и на что-то такое…
Прямо скажем, специфическое.
— Как-то мне говорили, что я во Сне охотника[240] провёл больше времени, чем на улице, — невозмутимо заметил Костя, не видя в окружающем пейзаже ничего особенного.
Во Сне охотника обитала одна из немногих вайфу игры, то и дело заставляя задерживаться несчастных фанов подольше. Когда вайфу в игре практически нет — игроки начинают ещё больше ценить тех немногих, что есть.
Механики Бладборна раскрывались для него с совсем другой стороны.
Немного задумавшись, мужчина опасливо прищурился.
— …главное, чтобы у меня сейчас резко не выросли какие-нибудь щупальца…
Как ни странно, некоторых…
Фия, услышав шепот мужчины, моргнула.
К сожалению
По иллюзорному пространству прокатились многочисленные красные молнии. Четыре драконьих крыла раскрылись, создавая сильные порывы ветра, искажающие и без того зыбучее пространство.
Был это и впрямь какой-то сон, духовный мир, в котором они сражались проекциями или что-то подобное, или что-то другое, — неважно.
Главное, что Костя мог сразиться с интересным противником и изменить концовку квеста вайфу.
Реюз ассета, зато какой!
Давно лишившись разума, древний дракон помнил лишь о своей цели защитить друга. Его душа собиралась выполнять взятый на себя долг несмотря ни на что, сколько бы времени не прошло.
…
Костя цыкнул.
Спутница мёртвых догадывалась, чем закончится её путь. Догадывалась, что защитник принца Смерти не даст ей просто так уйти, но собиралась выполнить свою цель несмотря ни на что, потянувшись ко всей той мёртвой энергии, застывшей в иллюзорном пространстве.
Милостивый принц был совсем не против того, чтобы кто-то взял всю накопленную энергию.
Константин невозмутимо уставился на яростную ящерицу, глубоко поклонившись ей.
Пусть очередная потенциально интересная история канула в игре в лету, сейчас он мог в полной мере выразить уважение существу, что пошло на такую жертву ради своего друга.
Мужчина поднял взгляд на искрящееся красными молниями небо, вытянув руку, сформировав в ней, подобно дракону, золотистую молнию.
Наверное, ему не так уж и нужно было обычное оружие, ломающееся от одного удара и вполне хватило бы магии, но Константин всё ещё не был чистым казуалом. Сейчас, впрочем, ситуация была другая.
Погасший оглянулся на спутницу мёртвых.
— Оставайся позади.
— Будь осторожен, моё Солнце…
Не став на это что-либо отвечать, Костя сделал шаг.
В некотором роде, слова Фии прозвучали издевательски: в тот самый момент, как он переступил некую незримую черту, красные молнии, словно неподконтрольная стихия блуждающие по иллюзорному пространству, ожили.
Фия знала, насколько сильным было её Солнце. В каком-то смысле, она была одной из немногих, кто в полной мере осознавала, каким чудовищем он был, столь далёким от простого человека и даже Погасшего, что сравнивать их было просто бесполезно.