Вернув крылья, я тряхнула ими, расправляя и пошла следом, но Рашель выскочила из-за угла гостиной с пистолетом в руках. Мы замерли друг напротив друга в ожидании дальнейших действий. Сердце Рашель билось, словно хотело выпрыгнуть из груди, и чтобы была не так заметна тряска рук, она перехватила пистолет двумя руками. Мельком оглядев гостиную, я заметила несколько шкафов с фотоальбомами и книгами, длинный диван и кресло с клетчатыми пледами и кусок стола, отделяющего гостиную и кухню. Диваны и кресла могут помешать в драке… Нужно запомнить.
Снова переведя взгляд на Рашель, я шагнула ближе, и она резко дернула пистолетом, но из-за трясущихся рук не могла прицелиться.
– Знаешь, это очень смело, – кивнула я, делая еще пол шага, а она, отпрянув уперлась в стол позади. – Честно. Ты даже не представляешь, как редко мне оказывают такое сопротивление.
Загнанно оглянувшись, она поняла, что отступать ей некуда.
– Я не собираюсь тебя убивать, – я подняла руки вверх, приближаясь еще. – Пока что.
– Не подходи! – крикнула она, поднимая пистолет.
– Ну и куда ты целишься? Мне в шею? – улыбаясь ответила я. – Дай хоть покажу.
Пальцем подняв дуло я приставила его ко лбу, наблюдая, как глаза Рашель расширились от страха.
– Вот так, – продолжая ухмыляться и смотреть в ее серые глаза сказала я. – Любители всегда целятся в голову. Не трясись ты так. У тебя оружие в руках и сейчас ты командуешь. Но если хочешь действовать по-взрослому, – я опустила пистолет к своей груди. – Целься в грудь. Если не попадешь в легкие или сердце, то в ребра, осколки которых тоже могут убить. И даже если попадешь чуть ниже, там куча органов, которые можно легко повредить, чтобы человек долго и мучительно умирал.
Она сглотнула, бегая взглядом от пистолета, до моего лица. Светлая коса от резких движений головой дернулась, а очки сползали по носу, но Рашель не могла позволить себе их поправить. Напряжение, витавшее в воздухе стало почти физически ощутимым, но меня лишь забавляло наше положение.
– И чтобы быть совсем уж убедительной, – я придержала пистолет, чтобы она от страха его не выронила и сняла с предохранителя. – Теперь стреляй.
– Сирена… – пискнула она.
– Стреляй! – рявкнула я и убрала руки, показывая, что выбор полностью принадлежит ей. – Ну же!
Мгновение.
Стреляй.
Еще одно.
Ну же, неужели твоя жизнь тебе так безразлична?
Она зажмурилась и закричав, словно ее пытали, отбросила пистолет в сторону, упав на колени и прижимая руки к лицу, чтобы сдержать слезы.
Разочарованно вздохнув, я подняла пистолет и разрядила его, посмотрев на нее сверху вниз.
– Люди…
Подняв ее за шкирку, я толкнула ее на один из стульев за обеденным столом и полотенцем связала руки.
– А ну успокойся, – склонившись бросила я, приставляя пистолет к ее виску.
Она судорожно вздохнула, выпрямляясь, словно пытаясь увернуться от пистолета и подняла на меня заплаканный взгляд.
– Если ищешь Лео, то я не знаю где он.
– О, нет, где он – я знаю.
– Тогда что тебе нужно? – хрипло спросила она, поддаваясь отчаянию и панике.
– Преимущество.
Я достала из ее кармана телефон и подмигнув ей, убрала пистолет. На экране блокировки была наша с младшим Стивенссоном фотография, но я старательно игнорировала веселые карие глаза, впивающиеся мне в душу.
– Какой пароль?
– День рождения Дони, – обреченно ответила она.
– Конкретнее, – жестко ответила я, приоткрывая крылья.
Секунду она изучающе смотрела мне в глаза, а потом отвернувшись пробормотала:
– Тридцать первое марта.
Разблокировав телефон, я выдвинула второй стул хвостом, чтобы сесть напротив Рашель и позвонила. Через два гудка, мне ответил немного обеспокоенный голос:
– Да, мам?
– Приветики, – протянула я.
– Где моя мама?! – его голос разительно изменился, став злым, чтобы скрыть страх.
– Рядом со мной. У нас тут очень интересный диалог выходит.
– Дони! – попыталась крикнуть Рашель, но я зажала ей рот хвостом, бросив предупреждающий взгляд.
– Так вот, братишка, я знаю, что ты таскаешься за Эледрой. Приходи один, без него, или… Ну ты знаешь. Не хотелось бы марать руки. И не вздумайте меня ослушаться.
Я сбросила трубку, кинув телефон на стол и закинув на него ноги.
– Они ведь тебя не послушают, – не поднимая головы, бросила Рашель.
– Я знаю, не беспокойся. Они довольно предсказуемые, когда речь заходит о спасении своих.
– Что ты задумала?
– Исполнить приказ.
Она усмехнулась, стараясь спрятать улыбку.
– Приказ? Сирена, которую я знала, в жизни бы не исполнила чей-либо приказ. Она бы из кожи вон лезла, чтобы сделать все по-своему.
– Как хорошо, что я не она, да? – прищурившись ответила я.
Пока эта парочка доберется до нас время определенно пройдет, но смотреть на дрожащую женщину с заплаканным и бледным лицом мне уже надоело, поэтому я прошлась по комнате, заглядывая в шкафы. Тут было много фотоальбомов. Недолго думая, я вытянула один и вернулась за стол, чувствуя кожей сомневающийся и заинтересованный взгляд Рашель.
– Ты ведь ничего не помнишь, да? – наблюдая за тем, как я листаю альбом осторожно спросила Рашель. – Я могу рассказать.