Светильники сделали белое стекло и золотые элементы воздушными, и в то же время крайне дорогими. Внутренняя часть с барной стойкой и танцполом, позади которого были музыканты, отдали менее привилегированным гостям. А на террасе стояли сдвинутые вместе длинные столы, и все мероприятие проходило под открытым небом. Несколько мгновений я отчаянно боролась с желанием улететь прямо сейчас, но вспомнила зачем я здесь.
Кин расставила нас у своих мест и приказала дожидаться гостей, дав мне подробную инструкцию, что делать. Я бы свела этот монолог к короткому: стой, молчи, пока не спросят и делай все, что говорят.
Играла тихая легкая музыка и гости стали постепенно прибывать. Жрицы тут же появлялись, рядом ублажая их напитками и закусками на подносах и давая мне время вжиться в новую роль.
К моменту, когда все прибыли, а я устала стоять без движения, в зал вошел Ник в парадном черном халате, а следом семенил Генрих в похожей одежде, только теперь на его шее блестело золотое украшение, ужасно напоминавшее ошейник. Когда они подошли, я разглядела на поясе у Ника поводок, и, чтобы не накручивать себя лишний раз, подняла взгляд, встретившись с печальным Генрихом. Он медленно прошелся по всем ныне открытым шрамам и почти скорбным выражением лица посмотрел мне в глаза.
Соберись, тряпка. Меня же не на виселицу ведут.
– Добрый вечер, Император, – я натянула ласковую полу-улыбку, с которой мне придется ходить несколько ближайших часов.
Николас довольно ухмыльнулся, так же жадно разглядывая меня, и опускаясь на стул, уточнил:
– Удобные?
– Прекрасные кандалы, Император, – поскольку он теперь сидел ко мне спиной, я позволила себе скривить лицо и недовольно развести уши в стороны.
– Кин тут же прибежала жаловаться, но я сказал ей, что это лучшие кандалы во всем Цдаме. И вообще пусть благодарит, что скованы только руки, я ведь мог и крылья сковать. Насколько мне известно, атлус этого бы не пережил.
– Вы крайне добры… – протянула я, наполняя его бокал.
Он схватил меня за левую руку, заставив посмотреть на него. Несмотря на боль я не дрогнула, продолжая гордо смотреть ему в глаза. Из-под царапин, оставшихся от его когтей по запястью, скользнули вниз несколько капелек крови. Ник тут же отпустил меня самозабвенно облизнув пальцы.
– Хотя судя по крови от атлуса тебе мало что досталось. Человеком родилась – человеком и умрешь.
Генрих наблюдал за нами молча, сидя по правую руку от Ника и боясь вставить слово.
– И что ты намерена делать? Убедить в том, что отреклась от войны? От мести? Мести за своего друга из вашей генеральской шайки?
Я застыла, боясь шевельнуть ушами. Откуда он это знает?
– Знаешь, Генрих, – усмехнулся Ник так, словно этих капель крови ему хватило, чтобы опьянеть. – Очень забавная история получается. Она ведь
Генрих обернулся ко мне слишком резко. Даже если бы я не знала, о чем речь, то явно заподозрила в чем-то серьезном.
– А я отвечу, – продолжал Ник, – Нулевая.
– Ангел… – затравленно начал Генрих.
– Для меня это не имеет значения, – смотря только в его глаза и изображая дрожь в голосе, ответила я, плотнее складывая крылья.
Ник разразился стрекочущим хохотом и долго не мог остановиться.
– Сегодня просто день чудес! – воскликнул Ник, успокоившись. – Наш великий, непокорный Ангел, встала передо мной на колени ради подруги! А потом еще и признала, что есть вещи поважнее мести! Тот самый Ангел, уничтожающий империи! Отдающий приказы о убийстве всех детей в городе, чтобы они никогда не выросли! Той, кто поставил для нуксов пол космоса на колени! Сегодня сама встала на колени перед любовью!
Эта тирада привлекла почти всех гостей, и в меня вцепились сотни хищных взглядов.
– Смелее, мои гости! Подходите ближе! Она больше не кусается!
Он схватил меня за сплетение цепей и дернул вперед, чтобы зацепить поводок за кольцо на моем ошейнике.
Не хватает только намордника…
– Несите венец! – крикнул Ник и тут же засуетившейся беспилотник, доставляющий в обычный день еду, полетел к нам держа что-то на красной подушке.
Ник встал, потянув меня за собой с помощью поводка и вышел в центр террасы, и осторожно поднял венец из золотых веточек с листьями и шипами приподнял, чтобы все видели.
– Сегодня мы не просто празднуем окончание сезона боев, но и награждаем победительницу! Ту, кого не победил ни один из воинов, ту, кто ни перед кем не склонился! Воительницу, бывшую Кровавую Ма’рахакаера и одну из самых разыскиваемых преступниц Галактики! – он снова дернул поводок, чтобы я упала на колени. – Сегодня мы чествуем чемпионку, которую смогли победить лишь она сама и ее милосердие!
Отовсюду раздались смешки и Ник опустил мне на голову этот терновый венок. Холодный металл впился в кожу, и я уже понимала, что украшение выковано специально, чтобы вредить.
Я заставила себя смотреть прямо. Они меня не сломают. Не сломают…