– Я же должна как-то спасти тебя от унижения в спортзале через двадцать минут.
Он задумчиво кивнул, погрузившись в свои вычисления и теории, а потом шипя проклятия попытался вытащить очки из длинных волос.
Спортзал был наполнен учениками, которым предстояло пройти через традиционно крещение вышибалами. Наш тренер устраивал это состязание каждый год, наградой за победу в котором было освобождение от его уроков. Но для участников команды по баскетболу у него всегда была планка выше. Ну и нам никогда не светило освобождение.
Моей целью на таких мероприятиях было не дать остальным закопать Дона, имеющего проблемы с ловкостью и координацией. Силы мутанта должны облегчить мне эту задачу. Если б только моя паранойя еще не разыгралась…
Мы поделились на две команды, и какая удача, я увидела Трисс по другую сторону с мячом в руках. Интересно, не побоится сломать маникюр?
– Надеюсь все помнят правила, – гаркнул тренер, низкий седеющий мужчина с красным свистком в зубах. – Мяч попал в вас – выбили. Вы поймали мяч – но не попали в обидчика, метнув его назад – выбили. Последние пять выживших побеждают. Начали!
Оглушительный свисток резанул по ушам, но мне тут же удалось увернуться от летящего в бок мяча. Я нашла взглядом Дони, и стала держаться рядом. Толпа рядом с нами быстро редела, но до финальной пятерки было еще далеко. Я получала удовольствие от игры: мячи летали, как сонные мухи и мне почти не приходилось особо изворачиваться. Дважды я поймала мяч и вернула нападающим, попав в цель. Все шло хорошо, пока меня не накрыло очередное плохое предчувствие. Я невовремя обернулась, и эта секунда стала решающей. Мяч, который метнула Трисс, поймать я успела, но отдать назад нет. Блондинка скрылась за стеной из нападающих и мне было не попасть в нее. Раздался свисток тренера:
– Карлайт, не можешь попасть в нее – уходи с поля. Тебя выбили.
Со злости я метнула мяч назад и по болезненному вскрику, поняла, что это был очень сильный бросок. Ладно, Горгона, не дашь выиграть мне, и сама не доберешься до звезды.
Игра быстро закончилась, и основной причиной стала Трисс, прячущаяся за спинами товарищей, когда я пыталась в нее попасть. Силу приходилось сдерживать, чтобы никому не навредить, но нарастающее раздражение выбило меня из колеи. В один удачный момент мне удалось попасть в Трисс и та, стараясь поймать мяч, с неприятным для тонкого слуха хрустом, не смогла. Не знаю, сколько актерской игры она вкладывала в слезы и драматичное падение на пол, но ей удалось остановить игру. Доброволец отвел ее в медпункт, а меня ждал взгляд тренера, предвещающий нагоняй, который он жестом пригласил получить без свидетелей.
– Послушай, Сирена, я дал тебе шанс, разрешил Полу взять тебя в команду, но если эти истории снова будут повторяться…
– Тут никаких историй, Тренер. Это игра и Трисс лишь не смогла аккуратно поймать мяч. Такое бывает.
– Я же не слепой, Карлайт. Я вижу, как ее злит твое присутствие в команде и твоя значимость. От нее зависит сколько парней придут послюнявить трибуны, а от тебя победа.
– Тогда почему вы защищаете ее?
– Потому что ты в защите никогда не нуждаешься. Ты не командный игрок, ты нападаешь и забиваешь только если действуешь одна. Это неправильно, хоть и эффективно. Поэтому я перевожу тебя в защиту.
– Что? Тренер, какой прок от меня с моим ростом в защите?!
– Проявишь себя хорошо в роли защитника на тренировке – вернешься на свой пост. Не думаю, что тебе это будет сложнее защиты Донателло.
Я прикусила язык, стараясь не нарваться на еще большие неприятности. Дона поступок тренера возмутил не меньше, но он искал в этом положительные стороны. Единственное, что видела я, это то, как лбы выше меня вдвое просто поднимают руки и мне уже ничего не сделать.
Мы уже собирались выходить из школы, когда нас нагнал Пол. Он выглядел разочарованно, и скорей всего очень злился, что я повредила руку его подружке. Трисс наверняка приукрасила все так, что, по ее словам, я вышла и добила ее ножом. Пол поправил бандану на лбу, готовясь начать поучительную тираду, как он любил, но я его опередила:
– Не сотрясай воздух, мне тренера уже хватило.
– Я хочу узнать, что случилось. Твою версию.
– Все просто. Мы играли, я кинула мяч, она не смогла поймать. Сам знаешь, как это часто бывает.
– А про прилюдные унижения, что скажешь?
– Скажу, что мои руки до сих пор воняют соком гнилых ягод и сильно липнут.
– Что?
– Видимо Горгона не удосужилась сказать, что кинула в меня ягоды, прежде чем начать унижать. Я лишь парировала ее слова.
– Вы обе строите из себя жертв.
– Но Сирена говорит правду. Я там был.
– Дон, не надо, – остановила его я, холодно смотря на Пола. – Можешь верить ее словам, мне от этого ни горячо, ни холодно. Можешь закрывать глаза на все, что происходит у тебя под носом. Я сама разберусь с ней и ее выпадами. Мне не нужна твоя помощь посредника.
– О каких выпадах ты говоришь?
Я забыла, что он не знает. Я никогда не хотела его вмешивать. Черт…
– Это неважно, – махнула рукой я. – Если не собираешься дать мне краткий экскурс о действиях защитника на поле, наш разговор окончен.