Я сидела посреди комнаты, а рядом лежал Лео, укрытый мантией. Дверь была открыта, и тонкая полоска света резала темное пространство почти пополам. Хлопая глазами, я огляделась и медленно встала, внезапно ощутив, как все жутко затекло. Облокотившись на стену, я заметила свой нож рядом и хвостом притянула к себе, но, когда с трудом подняла, чуть не выкинула, испугавшись отражения ярко-изумрудных глаз.
Лео пошевелился, приходя в себя. Отведя глаза, я вышла наружу. Снаружи все было перевернуто вверх дном, но мутанты ушли. На сколько я отключилась?
Время было за пять утра.
– Что за хрень… – медленно протянула я, массируя саднящий висок. Казалось, в голове звенели колокола.
– Хороший вопрос… – отозвался Лео.
Я невольно вздрогнула и отпрянула. Он выглядел как обычно, только будто более вымотанный. Лео нахмурился и тоже потер лоб, словно от головной боли.
– Значит ты видела…
Я не сдержалась и порывисто отвесила ему пощечину. За одну ночь я еще ни разу не испытывала такого ужаса и отчаяния.
Он дернулся и поморщившись прикоснулся к щеке.
– Ну да, заслужено.
– Да я… Ты меня так напугал! Я думала, что умру, – оправдывающимся тоном заикалась я, не зная куда деть руки.
– Я не хочу тебе вредить. Просто в полнолуние… Это не я. Я ничего не помню об этих ночах и не могу контролировать. Это происходит только в одну ночь и не более. Тебя вообще не должно было это коснуться.
– Я видела слишком много фильмов про оборотней, чтобы…
– Ты выжила. Значит теперь еще и когда знаешь в любом случае справишься.
Да если б я еще помнила, как я это сделала!
– Почему я ничего не помню? – почти угрожая спросила я.
Лео задумчиво посмотрел мне в глаза, и потом поманил за собой в лабораторию. На ходу я еще раз посмотрелась в отражении ножа, но на зелень остался лишь слабый намек.
Мы сели перед ноутбуком, на экране которого почти сразу появилась запись с камеры за вчерашнюю ночь. Я почти физически чувствовала, как Лео зол на мутантов, устроивших в соседней комнате хаос. Все немногое, что стояла в большом зале валялось разбитым и залитым высохшей кровью таракана, как и тренировочный зал, пострадавший больше всего. От бумажных перегородок остались лохмотья, оружие, свечи и подставки валялись на полу. Хорошо еще пожар не начался.
Включив запись, Лохматый убавил звук, ибо мы оба сейчас боролись с сильной головной болью и любой резкий звук делал только хуже.
С записи первой камеры я видела уже знакомую сцену, как мы почти влетаем внутрь, как Лео нажимает кнопку на потайной панели и толкает нас в комнатку. Переключившись на вторую, мы снова видели сцену с нашим спором, как Лео обратился. На этом моменте я отвела взгляд. Смотреть на это еще раз совершенно не хотелось.
Но вот волк сорвался. Я медленно выставила нож.
– Вот отсюда я уже ничего не помню…
Лео прибавил звук. Я медленно встала, стоя к камере боком, но даже так было видно, как ярко загорелись мои глаза.
– Аше, агвер, – властно сказала я не своим голосом, убирая нож.
Волк пригнулся, склоняя голову и тихо зарычал, и тогда я сделала шаг вперед, расправляя крылья и протягивая руку. Даже движения ощущались чужими, будто выполняла их не я.
– Аше.
В голову, словно кол, вонзилась острая боль, будто что-то хотело всплыть, но я лишь поморщилась, следя за происходящим.
На видео я опустилась посреди комнаты на колени в ту же позу, в какой очнулась, а волк лег передо мной. Он мог накинуться в любой момент и разорвать меня, но вместо этого покорно склонил голову.
– Тебе больше не нужно бояться, Призрак. Отпусти его, он под защитой своего дома. – сказала я, но слова не совпадали с движениями губ.
Я погладила белую шерсть, насвистывая мелодию похожую на колыбельную, и на этом все движения на видео закончились.
Мы с Лохматым медленно повернулись друг к другу.
– Ты понимаешь, что говорила?
– Отчасти, – сказала полуправду я. – А ты?
Он промолчал, хмуро посмотрев на экран.
– Когда это началось? Зеленые глаза и провалы в памяти?
– Не знаю…
– Сирена, это очень серьезно, – Лео переплетя пальцы, повернулся ко мне. – Если ты заговорила вдруг на другом языке и ничего из этого не помнишь…
– Слушай, – злобно оборвала его я. – Я знаю, что началось после пожара, и все. Из нас двоих это ты постоянно не договариваешь. И я уверена, что ты знаешь, что это, черт побери, значит. Я все еще жажду услышать ответы.
Мы долго боролись взглядами, пока он не сдался.
– Все, что я знаю – я подчерпнул из слухов в космосе. Существует такая древняя раса, как атлусы, и по описанию вы… Ну, похожи, – он снова повернулся к экрану. – Но проблема в том, что никто не видел их уже тысячелетия, никто не знает, куда они исчезли. А последний раз, когда их видели, они появились и спасли нуксов, отведя на Землю. Поэтому ты можешь быть так важна для Рениша. Он пытается создать не просто идеального солдата. Он пытается создать атлуса.
– Но… Что? Как?