– Я не дам тебе загубить свою жизнь на этом. Не повторяй моих ошибок. Хоть знаешь сколько учиться на одну медсестру? – мама махнула рукой, словно отгоняла муху.
– Догадываюсь…
– И работа неблагодарная… Пока до узкой специальности дойдешь – людей возненавидишь.
– Все-все, убедила. Не будет в семье второго врача.
Она улыбнулась, ласково потрепав меня по щеке.
– Отдыхай, цветочек, – она села на кровати, собираясь уйти.
– Мам, а можно вопрос?
Мама обернулась, неуверенно кивнув.
– А в честь чего ты меня назвала?
Она усмехнулась, из-за чего на секунду проступили мимические морщинки.
– Не поверишь, но есть такие цветы. Их называют «Ночные лилии». У них черно-синие лепестки с золотыми прожилками и просто необыкновенный запах… Я видела их один раз в жизни и это самые красивые цветы в мире.
Я задумчиво кивнула, пока еще осмысляя, как на это реагировать.
– А почему ты спросила?
– Да так. Услышала от друга, что Сирена – это вовсе не греческое чудовище.
– И он был прав, этот друг. Кстати, – она взяла меня за запястье, где висел Асазреф, пробегая по рунам глазами. – Красивая вещь. Подарок?
Я кивнула, не зная, как ответить, чтобы не вызвать лишних вопросов.
– Береги ее и она тебе еще послужит.
– Спасибо, хотя я даже не знаю, что это за металл, чтобы за ним ухаживать.
– Думаю, можно попробовать поискать в интернете, – пожала плечами мама, потирая нос. – От твоего друга?
– Что-то вроде, – не зная, как объяснить эту историю без деталей, сказала я.
– Давно вы знакомы?
– Мам, – возмущенно подняла глаза я. – Я поняла, Серафим Лео возненавидел, но ты хоть…
– Я просто переживаю. И он тоже. Понимаешь, не всегда те, кто кажется нам друзьями…
– Мам. Он мне буквально жизнь сегодня спас.
И не только сегодня.
Мама долго изучающе на меня смотрела, а потом сдавшись, поцеловала меня в лоб и сказала на прощание:
– Ладно, спокойной ночи.
– Спокойной…
Я отвернулась к окну, слушая, как удаляются ее шаги.
На душе все равно было гадко. А еще факт того, что меня заперли в доме, сильно нервировал. Мне никак нельзя встречать мутанта тут. Я не могу сидеть взаперти…
Может дело было даже не в мутантах, и я просто не терпела быть прикованной к одному месту. Но опять же, мама была права насчет ноги, и в школу можно не ходить…
Я перевернулась на спину, продолжая гонять мысли.
Мама тоже сказала про Лилии… Аут, Владимир, теперь мама. И она так смотрела на руны… Завтра у меня будет прекрасная возможность неспешно покопаться в ее дневниках. Что-то они с отцом от меня скрывают, даже Лео это понял…
Я поставила телефон на зарядку, и, включив, увидела кучу сообщений от Дона и Пола. Ответив на кучу одинаковых вопросов, я дополнила, что дома и все хорошо, но увидят они меня в лучшем случае через недельку.
Дон сразу же откликнулся.
«Значит Лео был с тобой?»
«Да, потом довел до дома, эти собаки пожевали мою ногу.»
«Что, прям до дома?»
Я отправила стикер, пожимающий плечами.
«И именно в этот день меня у двери встретили мать с отцом.»
Дон отправил изумленный и смеющийся стикер.
«Да ладно?!»
«По крайнем мере я не чувствовала себя уязвимо… – хотела написать я, но стерла, написав другое: – Вот так.»
«Твоему везению можно завидовать.»
Я отправила злой смайлик.
«Твой отец… Вел себя как обычно? Ты в порядке?»
«Ты бы видел, как я его послала. Надеюсь, перестанет появляться в моей жизни.»
«Созвонимся завтра?»
– Тебя все же заперли? – раздалось по рации.
«Конечно, ты заходи ко мне, а то я теперь пленница.» – дописала я и убрала телефон.
Он отправил подмигивающий смайлик, который я увидела на экране блокировки, и пообещал зайти завтра после школы.
Я села на кровати, нажимая кнопочки на чокере на шее:
– Заперли до заживления ноги. Чувствую себя, как птица в клетке.
– Выбирайся на крышу.
– Как? – хмуро удивилась я. – С моей то ногой и содранными ладонями.
– Слева от твоего окна пожарная лестница, а карниз каменный, выдержит. Ты и не такие трюки совершала.
– А зачем…
– Научу кое-чему, чтобы ты не чувствовала себя запертой. Завтра новолуние… И от меня толку не будет.
– Подожди… Это как обратное полнолуние?
– Ну… – неуверенно после паузы отозвался Лохматый. – Скажем так, ощущение не из приятных. Толку от меня будет чуть больше, чем от трупа.
– Ты же ни в кого не превращаешься?..
– Нет, – с усмешкой ответил Лео.
– Ладно…
Я открыла окно и меня обдало холодным, пахнущим дождем воздухом. Слева действительно была пожарная лестница, отделенная от моего карниза расстоянием небольшого прыжка. И почему я раньше о ней не подумала? Зато теперь ясно, как Лохматый добирался до моего окна.
Вытащив из шкафа самое теплую кофту с капюшоном, которая у меня была, я тихонько выползла на карниз, дрожа от страха и холодного дождя, обжигающей кожу.
Слишком высоко отсюда падать…
Отбросив пугающие мысли, я, держась за выступающие кирпичи и раму окна, подползла к краю и приподнялась, а потом коротким отточенным движением прыгнула к балкону, судорожно вцепившись в мокрое железо. Тишину нарушало мое сиплое дыхание и стук дождя. Выждав минутку, я перебросила ноги на пол балкона и посмотрела на бинты на ладонях. Похоже, крови не было, хотя тупая боль пульсировала под кожей.