Поэтому мы нарезаем круг вокруг самого Крумбаха, Терек заезжает во все постоялые дворы и интересуется ценой ночлега. Потом рассказывает мне, найдя самый дешевый из немного приличных, когда мы заселяемся туда.
— Три с половиной золотых за восьмерых постояльцев и семерых лошадей в день с обедом и ужином, — оглашает он мне сумму. — Хорошо, что сейчас тут нет ярмарки, а то бы все в два раза дороже стоило.
— Так, неделю прожить обойдется нам в двадцать один золотой, плюс-минус еще расходы, минимум в двадцать пять золотых. Две недели — пятьдесят, — подвожу я ожидаемый итог. — Очень нужно тут побыстрее распродаться, а то не с чем дальше ехать будет.
Да, финансовый вопрос меня волнует заметно, в отличии от всех остальных членов нашего небольшого сообщества, ибо без звонкой монеты мой план точно не выгорит. И для его реализации требуется сумма примерно в тысячу золотых на кармане, а до нее еще очень далеко.
«Но, это в том случае, если выступать сильно законопослушными людьми, а так еще есть разные варианты», — напоминаю я себе.
С нашими сверхспособностями можно много интересных дел устроить почти безо всякого риска.
Еще пришлось создать хорошие условия жизни после утомительной поездки — дело, тоже необходимое своим людям. Хотя, теперь иногда появляются мысли, что слишком сильно я размахнулся, ведь лишние четыре хороших едока и их же четыре тощих лошади нас никак не усилили, только пробивают понемногу и усугубляют финансовую брешь.
— С лошадями новичков придется что-то делать! — говорит мне Терек наедине в конце первого дня на постоялом дворе. — Они с трудом пережили такой неспешный переход, а если придется быстро ехать, то падут к обеду первого дня.
— Ну, в таких знаниях и действиях тебе первое слово, — отвечаю я. — Если не потянут день быстрой езды, тогда однозначно нужно избавляться. Потому что нам, возможно, придется потом несколько дней очень быстро ехать. Нужно их сдать барыжникам, хотя бы парочку самых доходящих. Слуги могут пешком идти, тем более продадимся здесь, повозка полегчает от барахла, смогут вместе с девками ехать на ней. А двух коней стражникам придется оставить все же.
— Да они там все примерно одинаковые, чтобы куда-то ехать быстро, придется все четыре лошади поменять! — не соглашается с моим половинчатым планом наемник.
Ну, это я и сам понимаю, но денег на такие покупки пока нет.
— Посмотрим, как торговля нашими трофеями пойдет! Давай пока пару сдадим точно, чтобы больше не кормить зря! Город большой, пока все нужные места объедем, так поймем, как у нас тут дела пойдут!
Так что теперь мы с Тереком и одним нашим из прислуги в качестве водителя повозки ездим по кузницам, оружейным лавкам, еще по местам, где торгуют сбруей, демонстрируем там наши трофеи. Пока еще целые и не порченные кольчуги, таких у нас примерно половина после расстрела стражников Жофера в лесу, с тех шестерых дружинников и то, что я успел снять и поднять после схватки на холме.
Договаривается и вообще разговаривает обо всем сам наемник, я стою рядом и просто морально поддерживаю его своим благородным видом, давая кое-какое легальное объяснение такой невероятной распродаже оружия и доспехов.
Королевство Ксанф живет довольно мирно и зажиточно, банды разбойников по лесам не прячутся, сами дворяне не воюют друг с другом. Так что такие оптовые поступления на рынок не особо интересны местным торговцам, ибо сбывать особо некуда броню. Если только совсем за копейки готовы принять.
Пробитые брони пока не показываем, чтобы не спугнуть сразу покупателей, ищем нужных людей и налаживаем с ними деловые контакты. Мечей, копий, шлемов, наручей, седел и прочей сбруи на продажу у нас хватает, вещи все очень дорогие по местной жизни, но вот за деньги сразу продаются они не очень. Все местные торговцы хотят взять на перепродажу, чтобы накинуть цену еще в два раза, как положено тут продавать, а потом долго-долго ждать покупателей, что нас совсем не устраивает.
— Да, вроде всех обошли, со всеми переговорили, трое готовы что-то купить, но денег даже не в половину дают, а ближе к трети от настоящей цены, — подводит итог Терек через два дня. — Хорошо, при тебе стесняются говорить о том, что доспехи наши не очень чистые по происхождению. Правда, ты — имперский норр, я сам из Гальда, к нам вопросов не должно возникнуть, где мы оружие и доспехи на своей родине раздобыли. Это никого здесь, в Ксанфе, не касается. Что дальше делать будем, ваша милость? Еще куда-то к столице поедем? В других городах тоже торговать собираешься?
— Продали все же отдельные шлемы и много сбруи с седлами, кожевенных дел мастера не такие сплоченные, как местные оружейники. Не так руки выкручивают, — замечаю я. — Наторговали на сто двадцать золотых, хоть что-то получается продавать, не совсем зря приехали. Седла и сбруя очень много места на повозке занимали, так что явно нам полегчало. Но у нас оставшегося товара на целую тысячу местных золотых зависло. Ехать дальше пока смысла нет, думаю, что и там все мастера-оружейники такие же между собой сплоченные по своим цеховым делам.
