Вторая батарейка потребовала другого подхода. В ней образовались своеобразные энергетические пробки — места, где химические реакции зашли в тупик. Я потратил несколько минут, аккуратно распутывая эти узлы, прежде чем смог начать процесс восстановления.
Третья батарейка оказалась наиболее сложной. Её внутренняя структура была повреждена настолько сильно, что казалось, восстановление невозможно. Но я чувствовал — где-то глубоко внутри ещё теплится жизнь. Пришлось использовать более агрессивный метод, буквально разрывая старые связи и создавая новые.
С четвёртой батарейкой возникла неожиданная проблема — она начала сопротивляться моему воздействию. Словно живой организм, она пыталась отторгнуть чуждую энергию. Я потратил почти час, прежде чем нашёл способ обойти эту защиту, используя тонкие энергетические нити для постепенного внедрения новой структуры.
Когда все четыре батарейки были готовы, я открыл глаза. Мои ладони слегка дрожали от напряжения, а в голове пульсировала тупая боль — признак того, что процесс потребовал значительных затрат энергии. Но результат стоил того: батарейки не просто были заряжены — они словно обрели новую жизнь.
Я вставил их в фонарик и щёлкнул кнопкой. Яркий, чистый свет залил комнату, разгоняя тени по углам. Это был не просто свет — это было доказательство того, что мои способности вышли на новый уровень. Теперь я мог не просто управлять электричеством, но и манипулировать самой сутью энергетических процессов.
Я сидел на диване, задумчиво глядя на тактический фонарик, который всё ещё держал в руках. Свет от него казался особенно ярким в полутёмной комнате. То, что я только что сделал… Это выходило за рамки моего понимания электрокинеза.
Как я смог восстановить химические связи внутри батареек? Ведь электрокинез — это управление электричеством, а не манипуляция химическими реакциями. Или… может быть, я просто недооценивал свои способности?
В памяти всплыли ощущения от процесса: то, как я проникал в структуру батареек, как восстанавливал разрушенные связи. Особенно ярко запомнилось, как энергия текла через мои пальцы, находя путь к самым укромным уголкам металлической оболочки.
«Энергоадаптивность», — прошептал я про себя. Именно это новое свойство могло быть ключом к разгадке. Система говорила о синергии, и теперь я понимал почему.
Тираническая энергия, проходя через предметы, могла изменять их свойства на фундаментальном уровне. То, что в обычных условиях считалось диэлектриком, под воздействием моей силы становилось проводником. А с появлением Энергоадаптивности этот процесс стал ещё более эффективным, словно система открыла новый уровень взаимодействия с энергией.
Но почему так происходит? Случайность? Прихоть системы? Или всё дело в моём потенциале?
Я закрыл глаза, пытаясь собрать мысли в кучу. Столько вопросов, и ни одного ответа. Возможно, это просто особенность Тирана — способность адаптироваться и находить новые пути применения. Или же это что-то более фундаментальное, связанное с природой моих способностей.
Может быть, каждый пользователь Тирана имеет свой уникальный путь развития? Свои особенности и ограничения? Эти мысли не давали мне покоя.
В конце концов, я пришёл к выводу, что сейчас не время для философских размышлений. Важно то, что мои способности стали сильнее, а понимание их работы — глубже. Остальное придёт со временем… или не придёт вовсе.
Открыв глаза, я ещё раз посмотрел на фонарик. Его свет казался символом новых возможностей, открывающихся передо мной. Возможностей, о которых я даже не подозревал.
Нужно будет провести ещё эксперименты, изучить свои способности подробнее. Понять, на что я действительно способен. Но это потом. Сейчас нужно отдохнуть — голова всё ещё слегка кружилась после столь интенсивной работы с энергией.
Я отложил фонарик, и в этот момент услышал тихое поскрипывание возле входной двери. Инстинкты сработали мгновенно — бита тут же легла в правую руку, окутавшись фиолетовыми разрядами, а левая рука автоматически схватила фонарик.
Прислушался. Кто-то действительно тихо скребся за дверью. Медленно, стараясь не издавать ни звука, я двинулся к входу в квартиру.
Возле двери остановился, закрыл глаза и попытался ощутить энергию за преградой. Там, снаружи, стояла одинокая фигура…
— Костя… — донёсся едва слышный шёпот. — Костя… ты здесь? Это я… Полина.
Я замер, не зная, верить или нет. Что, если это очередная уловка заражённых? Но голос… он казался таким знакомым, таким настоящим.
— Посмотри в глазок, — снова прошептал голос.
Несколько томительных секунд я колебался, пытаясь уловить малейшие признаки обмана в энергетическом фоне за дверью.
— Костя… — голос стал напряжённее. — Я слышу, как заражённые приближаются. Если ты сейчас не откроешь, я ухожу в свою квартиру.
Её слова звучали правдоподобно, но осторожность требовала проверки.
— Костя! — в голосе появились нервные нотки. — Они меня заметили! Открывай!