Я осторожно поднялся с дивана, чувствуя непривычную лёгкость в руках. Протянул ладонь вперёд, и к моему удивлению из неё вырвался тонкий, мерцающий электрический луч. Он изгибался, словно живой, подчиняясь малейшему движению моих пальцев.
Электроразрядный хлыст оказался невероятно послушным оружием. Я мог направлять его в любую сторону, проводить между препятствиями, огибать углы. При соприкосновении с поверхностью хлыст выпускал мощные разряды, способные парализовать противника.
Особенно впечатляющей оказалась способность хлыста создавать цепную реакцию — один удар порождал несколько ответных разрядов, которые распространялись по металлической поверхности или живым тканям. Более того, хлыст мог не только атаковать, но и захватывать противников, обвивая их электрическими петлями.
Я провёл рукой по воздуху, и хлыст послушно удлинился, достигая нескольких метров. Его кончик искрился, готовый в любой момент выпустить смертоносную молнию. Металл при контакте с хлыстом начинал светиться, словно притягивая электрические разряды.
Я с увлечением исследовал возможности своего нового оружия, наслаждаясь его послушностью и мощью. Полина, наблюдая за моими экспериментами, лишь слегка приподняла бровь, словно оценивая мои успехи.
Я решил проверить хлыст на практике. Мысленно направил его к ножке стула — и вот он уже обвивал деревянную поверхность, словно голодная змея. По стулу пробежали яркие электрические искры, создавая световой узор. Лёгкое движение пальцами — и хлыст дёрнулся, притягивая стул ко мне, словно на невидимом поводке.
Хотя мне хотелось продолжить эксперименты с новым оружием, я решил отложить их на потом. Повернувшись к Полине, спросил:
— Всё хорошо?
Она кивнула:
— Всё отлично, никто не тревожил наше уединение.
Я подошёл к входной двери. Призвал разведчика и отправил его на разведку. Энергетическое восприятие показывала пустоту — ни наверху, ни внизу никого не было. Но я больше не доверял своим ощущениям. Кто-то уже блокировал моё восприятие однажды, и ничто не мешало противнику сделать это снова.
Полина приблизилась ко мне:
— Думаешь, там никого нет?
— Не думаю, — покачал я головой. — Восприятие говорит о пустоте, но я этому не верю.
Прильнул к глазку, готовый увидеть что угодно. Но за дверью была лишь чернота… которая внезапно исчезла, и в глазок уставился красный глаз заражённого. Я отпрянул, сердце пропустило удар.
— Твою мать! — вырвалось у меня.
В этот момент за дверью раздался хриплый смех — они явно издевались над нами.
Окутав руку электрическими разрядами, я выпустил феникса через железную дверь. Огненная птица пронзила металл и ударила стоявшего снаружи заражённого. Противник рухнул на пол, корчась в судорогах.
К сожалению, из-за отсутствия видимости я не смог направить феникса точно в голову врага, поэтому атака не стала смертельной. Но молния, ударив первого заражённого, отскочила к ещё двум, стоявшим в стороне.
— Интересно, для чего они встали прямо за дверью? — размышлял я вслух, нахмурив брови. — Они же понимают, что я смогу убить их и без энергетического зрения.
Я отправил через дверь ещё одного феникса. Огненная птица с пронзительным свистом прорезала металлическую преграду, словно горячий нож масло. Она врезалась в противоположную стену с глухим стуком, отскочила от перил с металлическим звоном, ударилась о стену и, истощив свою энергию, погасла, оставив после себя лишь дымный след.
Я не мог направить молнию вслепую — враги явно отступили. Их тактика казалась мне странной и продуманной одновременно.
Оглянувшись на окна, я спросил:
— Говоришь, что никто не лез?
Полина, стоящая рядом, отрицательно покачала головой, её лицо выражало настороженность:
— Похоже, что заражённые что-то задумали.
Я начал методично проверять окна. Приблизился с левой стороны — никого. Осторожно обошёл по дуге, проверяя каждый сантиметр стекла, и подошёл с правой стороны — снова пусто.
— Что они опять придумали? — пробормотал я, вглядываясь в тёмные улицы за окном.
Девушка, скрестив руки на груди, пожала плечами:
— Может, просто выжидают, пока мы выйдем?
— А если не выйдем? — спросил я, поворачиваясь к ней.
— У нас же нет припасов, — ответила она, глядя мне в глаза. — Рано или поздно придётся.
Я направился к кухонным шкафчикам, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой. Открыл первый шкаф — посуда. Второй — а вот и крупы: овсянка, манка, гречка. Достав упаковки, я начал методично осматривать остальные шкафчики. Наконец, нашёл небольшую кастрюлю. Высыпал овсянку и повернулся к девушке.
— Залей водой, пожалуйста, — попросил я Полину, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.
Она кивнула, подошла и наполнила кастрюлю водой. Я обхватил ёмкость снизу, чувствуя, как металл холодит ладони. Начал пропускать через неё мощные электрические разряды — вода в кастрюле забурлила, закипая от концентрированной энергии.