— Я ударила его кубком за второе место по шахматам, который стоял на тумбочке. Один раз ударила — а он всё грызёт, не останавливается. От боли и страха ударила ещё, и ещё, пока не отпустил.
Её плечи содрогались от беззвучных рыданий. Потом были эти сообщения о нестандартном гене и единицах Тираниума…
Она замолчала, слёзы текли по её щекам, смешиваясь с запекшейся кровью. Я молча протянул руку и вытер слёзы с её щёк, мои пальцы дрожали от нежности и боли за неё. Полина неожиданно подалась навстречу моему прикосновению, её тело словно жаждало утешения.
— Ты сильный, Костя, — прошептала она, её голос был полон восхищения и благодарности. — Твои способности — это что-то невероятное. Спасибо, что спас меня, что не бросил.
Не говоря больше ни слова, она подалась вперёд и поцеловала меня — по-настоящему, страстно, будто это был её последний поцелуй в жизни. Её губы были мягкими и податливыми, а поцелуй — полным отчаяния и надежды одновременно.
Я замер на мгновение, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди, а затем ответил на поцелуй, вкладывая в него всё то, что не мог выразить словами. Наши тела прижались друг к другу, и на мгновение весь мир перестал существовать, оставив только нас двоих в этом разрушающемся мире.
Её руки обвились вокруг моей шеи, притягивая ближе, а я обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце. В этом поцелуе было всё: и боль потери, и надежда на будущее, и благодарность за спасение, и что-то большее.
Время словно остановилось в этот момент. Полина медленно отстранилась от меня, её дыхание всё ещё было учащённым. Она прижалась ко мне, положив голову на моё плечо, и я почувствовал, как её тело расслабляется в моих объятиях.
В этот момент я вдруг отчётливо осознал, насколько одинокой была её душа. Как и моя. Мы были двумя островами в океане отчаяния, двумя искрами света в темноте этого проклятого мира. Только сейчас я понял, что за её внешней силой и решительностью скрывалась глубокая потребность в человеческом тепле, в простом прикосновении, в ощущении, что ты не один.
Мы были словно два осколка разбитого зеркала, которые наконец нашли друг друга. В этом мире, где остались только заражённые, охотящиеся за нами, мы нашли друг друга. И это было больше, чем просто выживание — это было спасение от одиночества.
Я вспомнил, как часто думал, что остался совсем один. Как часто просыпался по ночам от кошмаров, чувствуя себя абсолютно одиноким в этом мире. Но теперь я понимал, что это не так. У нас были только мы. И этого было достаточно.
Сколько бы силы ни было у человека, как бы он ни был подготовлен к выживанию — ему всё равно нужно живое общение. Нужно чувствовать, что кто-то рядом, что кто-то понимает тебя без слов. Нужно просто знать, что ты не один в этом хаосе.
Постоянное напряжение, постоянный страх смерти — это могло свести с ума любого. День за днём жить, ожидая нападения, спать с открытыми глазами, есть, не чувствуя вкуса пищи. Это было невыносимо тяжело. Но теперь у Полины был я, а у меня — она.
Я крепче прижал её к себе, чувствуя, как нежность стремительно разливается по венам, как сердце наполняется теплом. Её волосы пахли чем-то родным, знакомым, словно домом, которого больше не существовало. Её дыхание согревало мою шею, а руки крепко обвивали мою спину.
В этом молчании было больше слов, чем в самых долгих разговорах. В этом объятии было больше правды, чем во всех обещаниях мира.
Успокоившись, Полина медленно отстранилась. Её взгляд на мгновение задержался на мне, прежде чем она отвернулась к окну, наблюдая за разрушенным городом.
— Думаю, ты набил неплохое количество Тираниума, — произнесла она ровным голосом, стараясь скрыть свои эмоции. — Тебе нужно усилиться. Я послежу за обстановкой.
Кивнув и Открыв интерфейс, я увидел накопленные две тысячи четыреста единиц Тираниума. Не всех заражённых удалось уничтожить — времени просто не хватило.
Семьсот единиц в «Покров» — решение пришло мгновенно. Боль трансформации пронзила тело, словно тысячи игл, но я стиснул зубы, не позволяя себе показать слабость.
Пока тело адаптировалось к изменениям, я открыл банку с мясом. Съев половину, я предложил мясо Полине.
— Тебе сейчас это нужнее, — отказалась от своей доли девушка. — Ты единственный, кто может эффективно сражаться с заражёнными, поэтому твою эффективность нужно повышать, — рационально заметила она.
Когда боль утихла, а желудок наполнился, я вложил ещё восемьсот единиц в «Источник». Цифры на интерфейсе изменились: запас Тирана увеличился до пятисот единиц, а генерация возросла до 45 единиц в секунду. Это означало, что я мог бить молниями с обеих рук одновременно. Съев последнюю банку с кукурузой, я почувствовал, как энергия разливается по венам.
— Ну что? — спросила Полина, не отрывая взгляда от окна. Её поза была напряжённой, готовая в любой момент отразить атаку.