Электропрохладительный кислотный тест полностью

Сойер уже погружен в эту вещь, он видит, что пытается сделать Кизи, мало просто описать эмоцию, надо ее пробудить, заставить их ее переживать, манипулируя символом этой эмоции, а ведь нередко нам приходится красться к осознанию чего-либо с черного хода. Сойер слышит всхлипывания, поворачивается в кресле, видит позади себя группу подростков из Солт-Лейк-сити, всматривается в их лица, читает там переполняющий их ужас. Флаг! – потом ощущает маниакальную энергию, исходящую от той дикой ерунды, которой даже в таком возрасте забивали головы этим детишкам, словно искривилось время и до него донеслись флюиды салемских судов над ведьмами, первобытный крик «Умри, неверный!» – и он им этого так не оставит. И вот он встает и обращается к толпе:

– …Минутку внимания. Этот флаг – символ того, с чем мы связываем нашу эмоцию, но он не является ни самой эмоцией, ни тем, что нас в самом деле волнует. Бывает, мы даже не осознаём, что именно нас в самом деле волнует, потому что мы сбиты с толку символами. Помню, когда я учился в школе, мы часто пели «Америку прекрасную», и кто-то шел между рядами с флагом в руках. Я всегда хотел быть на месте того, кто проносит между рядами флаг, но мне это так и не удалось. Так что же я испытывал на самом деле? Чувство патриотизма? Или это было…

Но закончить ему не удается. Раздается крик: «Сделай же это!»

…что?

– Сделай же это!

Горянка улыбается ему из пурпурных складок своего платья, весьма довольная таким поворотом событий.

Не успев сообразить что к чему, он уже распевает, а все подхватывают «Америку прекрасную», в зале оглушительно гремит: «О, красота под необъятным небом», а он, крепко сжимая в руках древко флага, вышагивает туда и обратно в проходе между рядами, выражая этим что? Какая разница! Вот именно! Не надо ничего объяснять. Сделай же это!

Как и большинство конференций, эта тоже имела тщательно разработанное и отпечатанное расписание питания, бесед, семинаров, работы по группам. Проказники, глазом не моргнув, превратили все это в чудесную мешанину. Они никакого расписания не имели и открыто провозглашали, что его не следует иметь никому. Спортивные Рубахи намеревались провести большой семинар, рассчитанный на то, чтобы захватить воображение Молодежи, – в повестке дня значилось примерно следующее: «Студенческий бунт в век посредственности: вызов и ответственность», – только в назначенный час Молодежь, студенческие бунтари в век посредственности, собралась на берегу, вокруг этого мерзкого автобуса, где у Проказников была своя программа, и никакого расписания, друзья и соседи, все происходит в час под названием Данный Момент, и все желающие могут принять участие в игре во Власть…

Кто-то выигрывает Власть и приказывает провести на пляже футбольный матч, только вместо мяча будет Отшельник. Через минуту все – Проказники, священники, участники конференции – подбирают с земли хихикающего Отшельника, перепасовывают его вперед, словно заправские защитники, устраивают свалку, пытаясь завладеть им, как потерянным футбольным мячом, и так далее и тому подобное. Но вскоре они стали задумываться над тем, как это, в сущности, печально – аллегория! – когда в игре во Власть превращают в фишку живого человека, и всегда слабейшего… Ах-х! Следующим Власть завоевывает один из молодых священников, один из младотурков, и он приказывает всем войти в тихоокеанский прибой и умыть друг другу ноги. Ритуал покорности, аллегория жизни, но не требуется ни единого слова, все они просто садятся в прибой и умывают друг другу ноги, особенно тщательно моют ноги Отшельнику, и этому занятию Проказники предаются с истинным упоением. По их мнению, это великолепно. И теперь ребята смотрят на младотурка, которого осенила эта вдохновенная мысль, совсем другими глазами. Он добился своего. Проказники одобряют его идею!

Младотурки проводили с Проказниками все больше и больше времени, вплоть до глубокой ночи, под звучащую в автобусе музыку, а Проказники приносили из океана огромные пряди бурых водорослей, сплетали из них канаты и молотили ими по бокам автобуса, словно по гигантскому барабану, играли во Власть и пускались в Полет в Сейчас, устраивали неигры в жизнь и толковали по душам, но не просто толковали – жили, существовали, младотурки поистине были в автобусе. Из-за недосыпания, бешеного темпа и фантастического потрясения основ они стали невероятно глубоко чувствовать мистическую вещь.

Как-то утром, часов в семь, когда Пол Сойер шел отсыпаться после бессонной ночи с Проказниками, навстречу ему попалась депутация от участников конференции. Они хотели объясниться. Они хотели просить Кизи и Проказников уехать. «Кто знает, – сказали они, может, Кизи все делает искренне, а может, и нет. Но в любом случае он срывает конференцию, вносит раскол в ряды делегатов и подает ужасный пример Молодежи. По слухам, один из величайших либералов Церкви и лидер движения за гражданские права доктор… уже покинул конференцию в знак протеста, прихватив с собой еще парочку священников».