Улицы города по пояс были заполнены гопслимом. Полчаса понадобилось эмиссару, чтобы понять ничтожность имперской подготовки. Они не умеют закрывать Герру тьмы, не могут остановить дождь из порталов. Всё, на что они могут надеяться, — что тварей будет не слишком много…
За эти полчаса улицы даже при моей тайной помощи оказались под властью монстров. А мне даже с помощью двух легендарных элементалей и ожившей природы не удалось бы очистить город за час. Не будь дракона, своими крыльями закрывшего город от напасти, — эта битва продолжалась бы в разы дольше. И кто знает, когда вражеский десант закончится…
Одно радовало — тишина исчезла. Жители воспрянули духом. Солдаты принялись помогать раненым и вытаскивать из-под развалин соратников. Последствия этой битвы ещё долго будут влиять на жизнь горожан…
Разрыв в небесах нужно закрыть, если я хочу остановить этот бесконечный поток слимов.
— Кар! Это… Ошеломительно! — восторженно кричал Асфодеус. — Ещё бы ударить этой силой по имперцам… Кар…
— Как закрыть эту дрянь, — стоя на крыше высотки, спросил я у черноклювого умника.
— Сама закроется, кар… — приземлился он рядом со мной.
— Скоро?
— Не знаю, кар… Поток слимов стабильный. Сэр Григори явно вознамерился уничтожить Радаевск… А быть может, и столицу империи хотел похоронить. Но на помощь этим ничтожествам пришли вы, кар. Он будет в бешенстве.
— Плевать. Главное, чтобы он меня не привёл в бешенство. Другие способы есть?
— Кар… Можно попробовать отправить магическую атаку внутрь… Обычно это бесполезно, масштабы не те. Но, кар, Сергей сильный… Может получиться.
Я кивнул и взлетел. Огонь — самая разрушительная источающая свет стихия. Её и отправлю внутрь…
Подлетев достаточно близко, чтобы разрыв показался бескрайним, я использовал ману со всего города, чтобы направить поток огня шириной в пятьдесят метров вперёд. Он пролетел несколько сотен метров и врезался во тьму, расплёскиваясь по её поверхности. Нехотя тьма поддавалась, разъедалась, а свет показывал то, что творится по ту сторону.
— Ах вы сволочи! — узрел я сотни мелких созданий, похожих по своей форме на людей.
Их от меня отделяла не только Герра тьмы, но и неплохо знакомый мне пятистихийный магический щит. Гады направляли потоки маны с той стороны щита в разрыв.
Охренеть какие умники! Я не знаю, насколько вы сильные, и без понятия, как долго вы собираетесь так продолжать… И пусть я увидел лишь маленькую часть общей картины, но мне достаточно и этой крупицы. Вы, уроды, сливаете тёмную и некротическую энергию в пространство, из-за чего образуется эта долбаная Герра тьмы и отправляет в этот мир свои ростки чёрной липкой дряни, уничтожающей любое проявление жизни. В мир, что теперь такой же мой, как и всех местных. Вы что, хотите его уничтожить, сволочи? Разрушить мой дом⁈
— Как будто я вам позволю! Дружище, надо с этим покончить! Объединение!
— ГРОА-А-А-АР! — взревели драконоподобные тучи, и тысячи молний впились в Герру тьмы, словно яростные змеи.
Я и сам стал грозовым драконом и полетел прямо в эту липкую чёрную массу, зависшую над городом. Надо добраться до бреши и хорошенько жахнуть с другой стороны, чтобы эти твари все там обделались.
— НЕТ! КАР! ОНА ЗАСАСЫВАЕТ, СЛОВНО БОЛОТО! — рванул следом за мной ворон.
Ха! Как будто болото меня остановит!
Таша и Люмин смотрели в небеса, как и весь остальной город. Они видели, как маленькое тёмное пятнышко влетело в огромного чёрного дракона из грозовых облаков, и тот встрепенулся. Разразился воинственный клич. Резкие взмахи его могучих крыльев обрушили такие мощные порывы ветра на город, что местами оторвались крыши и сдуло автобусные остановки.
Их господин и спаситель объединился с прекрасным, искусным, величественным и невероятно сильным элементалем. Слился душой и телом со стихией. Они не знали, что он увидел в бреши после той могучей огненной атаки, которая начала медленно разъедать тьму, но ощутили тревогу, когда человек, с которым они были связаны судьбой, приблизился к непроглядной тьме и когтями дракона стал прорываться внутрь. Когда же тьма всколыхнулась и, словно кипящее масло, обхватила чудовищного элементаля со всех сторон, пытаясь, подобно слиму, облепить его и подчинить, они и вовсе ощутили глубинный страх, что прятался глубоко в их человеческих душах.
Дракон медленно поглощался и вскоре весь оказался во власти того, что ворон называл Геррой тьмы.
— Владыка… — тревожась, произнёс Люмин. — Мы же только начали. Только вступили на этот путь…
— Он же вернётся? Нет человека сильнее его… — не сводила глаз с небес Таша.
— Идиот, кар! Что я скажу, когда совет призовёт меня к ответу⁈ — летал по безоблачному небу в лучах заката Асфодеус. — Кар, а как они меня призовут? Я же свободная пташка! Жаль, что такой интересный собеседник так глупо погиб…
— Он же сдох, да? — дрожащими губами поинтересовался у Петра Яковлевича князь.
Пётр ничего не ответил. Он просто следил за небом, в котором больше не было ничего, кроме чёрного огромного разрыва пространства. Даже слимы больше не падали на землю.
— Это самоубийство… И я не понимаю, хорошо это или плохо…
