- Вам действительно не стоило вмешиваться, Кадзекагэ-доно! – Мэй до хруста в пальцах сжимала подлокотник кресла.
- Суна несет ответственность за жизнь и здоровье каждого сдающего экзамен генина, – спокойно ответил юноша, опуская правую руку. – Я не хочу лишних смертей.
- Хвала Ками-сама! – Цунадэ опустилась обратно в кресло, потирая слегка вспотевший лоб. – Как всегда вовремя, Гаара.
- Молодец, парень, – подтвердил Джирайя, наблюдая, как мягко опускаются рядом со спешно появившимися на арене медиками песчаные подушки с обессиленными участницами, а обильные волны песка поглощают остатки взрывающихся пузырей и шипящей лавы. – И я вот что подумал, – он склонился к уху Кадзекагэ, – в следующий раз бои куноичи надо устраивать в грязи. И заставлять их надевать купальники. И запретить использовать нинджуцу и генджуцу, – мечтательно произнес саннин. – Только тайджуцу. Да!
====== Глава 25. Вопрос доверия ======
ВНИМАНИЕ!!! Во второй части главы присутствует Хидан со всеми вытекающими последствиями в виде нецензурной лексики. Извините нас)
>>>>>
В большом зале Советов Суны за традиционным круглым столом собрались Пять Кагэ с сопровождающими, которым предстояло принять решение о присуждении или не присуждении степени чуунина каждому из сражавшихся на турнире участников. В целях повышения объективности судейства решение должно было быть принято большинством голосов трех незаинтересованных в сражении Кагэ.
Темари и Шикамару, вооружившись видеозаписями всех семи поединков, приготовились транслировать их на большом экране. Сестра Кадзекагэ пристально наблюдала за младшим братом: она прекрасно знала, что, как бы ни был важен результат экзамена для Суны и лично для него, брат планировал обсуждать на этом собрании куда более важные темы, и понимала, что обсуждение предстоит не из легких. Она нашла взглядом темные глаза Нары, прикрытые чуть сомкнутыми веками: стратег едва заметно отрицательно качнул головой в ответ на ее немой вопрос, стоит ли начинать обсуждение, скосив глаза на сосредоточенного Кадзекагэ, чье лицо было несколько бледнее обычного, а окруженные тенями бирюзовые глаза поочередно сканировали Райкагэ, Тсучикагэ и Мидзукагэ.
Гаара и в самом деле не торопился начинать. Разработка стратегии в сражении дипломатическом была едва ли не столь же важна, как и в реальном бою, поэтому Кадзекагэ пытался заранее просчитать шаги таким образом, чтобы расположить коллег к дальнейшей конструктивной беседе.
- Мой блистательный, мы что, надумали подружиться с Кагэ и пригласить их играть в нашу песочницу? – усмехнулся изнутри Шукаку. – С каких пор мы стали такими общительными?
- Мне необходима информация, – мысленно отмахнулся Гаара.
- Спросим у них про домашних питомцев? – язвительно произнес тануки. – Тупее повода для первого знакомства сложно придумать.
- Ты последний, у кого я стал бы спрашивать совета. А сейчас не мешай мне, – Джинчуурики едва заметно прищурился и стиснул сложенные в замок пальцы, опираясь локтями о круглый стол.
Целевыми объектами для себя он выделил Райкагэ и Мидзукагэ. Во-первых, потому что единственными Биджу, о которых они ничего не знали, были Двухвостый и Шестихвостый, которые, согласно их информации, принадлежали Кумо и Кири. Во-вторых, потому что Тсучикагэ с его несносным характером, чрезмерно консервативными взглядами и предубеждением против абсолютно всех Скрытых Деревень в любом случае будет труднее всего направить в конструктивное русло.
Райкагэ выглядел крайне озабоченным: в активе Кумо была лишь одна бесспорная победа, одна ничья и одно фатальное поражение. В то же время для Владыки Скрытого Облака, безусловно, было важно, с каким количеством чуунинов делегация вернется в родную деревню. Об этом недвусмысленно, весьма красноречиво и эмоционально говорили его нахмуренные брови, оскаленные клыки и сжатые кулаки. Мысленно Гаара благодарил, вероятно, давно покоившихся с миром дизайнеров интерьера зала Советов за то, что круглый стол был вытесан из массива камня. Это существенно сокращало вероятность того, что могучий кулак Эя разнесет его в щепки, как это произошло с подлокотниками трех кресел на трибуне.
Стратегия поведения в отношении Райкагэ была очевидна: подчеркнуть бесспорную победу Самуи, постараться сгладить эффект от поражения Омои и всеми силами способствовать разрешению спорного ничейного матча Каруи и Сари в пользу Кумо. Что ж, званием чуунина для воспитанницы Канкуро придется пожертвовать. «Атаку начинай с жертвы пешками,» – сказал бы Нара Шикамару.
