- В первый момент да, – кивнула Хината. – Мы много говорили с ним и я, и Ханаби. И на самом деле лучше кандидатуры, чем Неджи-нии-сан представить нельзя, но…
- Правила и традиции клана, – скривив губы, пробормотал Наруто.
- Надеюсь, всё разрешится наилучшим образом, – вздохнула Сакура.
- Не теряй надежды, Наруто! – бодро хлопнув товарища по плечу воскликнул Ли. – Твоя сила юности справится с любыми трудностями.
- Вот, что значит мой любимый ученик! – обрадовался взявшийся непонятно откуда Гай.
Какаши кивнул Наруто, Сакуре и всем присутствующим и поспешил ретироваться, провожаемый удивлёнными взглядами учеников. Находиться рядом с ними почему-то было в кои-то веки тяжело – давило чувство вины. С тех пор как он поговорил с Саюри и осознал, что дальше бесполезно отрицать тот факт, что Обито был предводителем Акацки, в голове слишком чётко и явственно поселилось это чувство – что он виноват во всём. Сдавило виски и выбило из лёгких воздух, мешая глубоко вздохнуть. Это из-за него. Из-за того что не спас Обито, из-за того что не уберёг Рин, которая наверняка смогла бы сейчас что-то сделать, как-то переубедить. Из-за того что не догадался, вернее, не хотел догадываться раньше. Из-за того что не рассказал обо всём Цунадэ, Джирайе и Совету раньше, а вывалил новости только накануне, так что Пятая только и успела отослать почтового сокола к Гааре, который уже прибыл к месту сражения. Из-за него его ученики, друзья и вообще все шиноби скрытых деревень уже завтра будут сражаться не на жизнь, а на смерть на линии огня. Всё из-за него.
- Какаши-сан, – Харука подошла как всегда неслышно, и Какаши даже вздрогнул – сказалась бессонная ночь и нарастающая тревожность. – Вы что-то приуныли. Плохо спали?
- Не спал вообще, – проговорил он, всматриваясь в горизонт.
- С чего вдруг? – спросила она, посмотрев на него долгим взглядом, в котором он не заметил ни капли обычного ехидства.
- Эта война началась из-за меня, – без предисловий ответил Копирующий, заметив, как чуть расширились от удивления ясные серые глаза. – Человек в маске – это Учиха Обито, мой...
- Товарищ по команде, который погиб под завалом во время миссии по разрушению моста Канаби, – закончила она, прочитав ответное удивление в единственном видимом тёмно-сером глазу.
- Ты знаешь, – констатировал он.
- Знаю. И про то, как погибла Нохара Рин, тоже знаю, – призналась Харука. – В конце концов, это было сражение с шиноби Тумана, и оно осталось в архивах.
- Мне стоило помнить, что информация в Тумане поставлена хорошо, – повёл головой Какаши. – Хотя я не рассчитывал на подобное внимание к моей скромной персоне с твоей стороны.
- У каждого из нас свои дурные привычки, Какаши-сан, – отмахнулась та. – И свои скелеты в шкафу.
- Интересно, кому надо было заплатить, чтобы ты не узнала о моих? – неловко парировал Какаши, пытаясь хоть на мгновение вытеснить тревогу приятным воодушевлением, которое обычно появлялось в обществе мечницы. – Прости. Дурацкая шутка.
- Как по мне, Какаши-сан, каждый из нас имеет право на ошибки. И на шанс их исправить, – задумчиво произнесла Харука. – И я уверена, что Вы используете шанс правильно.
- Откуда такая вера в меня? – недоверчиво вскинул единственную видимую бровь Копирующий.
- Ниоткуда. Она просто есть, – ухмыльнулась мечница.
- Вот как… – протянул он, глядя, как Джирайя и группа защитников Джинчуурики, в центре которой мелькнула светлая макушка Наруто, выступила из ворот и взяла курс на северо-запад. – Пора.
- Пора, – согласилась Харука, чуть сжав холодными пальцами его предплечье повыше запястья.
В поисках высокой точки, с которой можно было бы осмотреть всю округу достаточно хорошо, Гаара отошёл от основного лагеря достаточно далеко. Ушастый чёрный колпак Канкуро мелькал среди зарослей кустов по левую руку, характерно торчавший вверх хвост тёмных волос Шикамару виднелся по правую, остальных шиноби, сопровождавших вылазку главнокомандующего объединённой армии, он не видел, но знал, что они тоже где-то поблизости, рассеялись по равнине и исследуют местность. Идея забраться на одну из статуй пришла в голову неожиданно быстро, и уже в следующее мгновение песчаный островок поднял его в воздух и перенёс в сторону статуи Сенджу Хаширамы. С новой высоты располагавшаяся на плоскогорье равнина, срывавшийся с обрыва водопад и образовавшееся в низине озеро были видны как на ладони.
