- Курама, – повторил Наруто, грустно усмехнувшись. – Красивое! Жаль, не знал его раньше.
- Это бы ничего не изменило, – проворчал тот. – К тому же, если бы тебе было очень интересно, ты мог бы спросить.
- Верно, – блондин снова почесал затылок. – Прости, что не спросил об этом сразу, Курама. – Наруто подошёл вплотную к решётке. – Кто знает, может быть, если бы я сделал это сразу, всё могло бы быть иначе.
- Кто знает, – глухо отозвался Лис.
- И ещё прости, что был плохим Джинчуурики, – вдруг продолжил Наруто, заставив Лиса настороженно сесть. – Ну, всё это перетягивание чакры, Рассенган и цепи… – Он поморщился, вспоминая. – Знаешь, мне было бы куда лучше, если бы мы могли быть друзьями, как Осьминог-сенсей и Хачиби.
- Не говори ерунды, – фыркнул Лис, отступив в глубину клетки и продолжая смотреть на собеседника настороженно. – Я – Девятихвостый, воплощение ненависти. Какая уж тут дружба?
- Ненависть, – Наруто тяжело вздохнул. – Я так хотел с ней покончить. Со своей ненавистью, с ненавистью Саске. Со всей ненавистью в этом мире. Просто взять и покончить.
- Ты всегда был наивным идиотом, – отозвался Лис. – С ненавистью нельзя покончить. Всё, что в твоих силах – искоренить ненависть в себе. Но сделать это для других – невозможно.
- Пусть так! – запальчиво воскликнул Наруто, снова схватившись за железные прутья решетки. – Но я всё равно не перестал бы пытаться!
- Потому что это твой путь ниндзя, – не то спрашивая, не то утверждая проговорил Лис.
- Да, – Наруто вдруг растерял весь свой пыл. Он смотрел какое-то время в глаза Лису открыто и честно, как будто старался что-то передать ему взглядом, тот молчал. – Ладно. Мне пора. Ты прав: они ждут меня! – Наруто отпрянул от клетки, отступил на несколько шагов. – Прощай, Курама!
Всё было готово. Площадка у самого барьера была освобождена, шиноби объединённой армии под руководством Чоджи отошли на безопасное расстояние и приготовились держать оборону в случае срыва основного плана. По словам Наруто, для правильного и надёжного запечатывания было критически важно, чтобы каждый из Элементов участвовал в том же объёме, что и другие. Запасы чакры Гаары существенно превышали возможности остальных, поэтому им пришлось потратить некоторое время для того, чтобы сбалансировать запасы чакры участников запечатывания. Сенсорные способности Хатаке Саюри пришлись как нельзя кстати. Кира Би вызвался быть донором чакры для Даруи и Харуки, что стало возможным благодаря сродству их Элементов и слегка восстановившимся возможностями Хачиби. Гаара при помощи песка добавил недостающую чакру Куротсучи, Итачи повысил запасы за счёт клона Кацую.
Как только удалось сбалансировать систему, Саюри отошла в сторонку вместе с Темари и Шикамару, оставив на небольшом клочке земли только непосредственных участников ритуала. Пять обладателей Элементов в строгом соответствии с правилами взаимного подчинения элементов стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга и образовывали небольшой круг, в центре которого прямо на земле лежал кулон Первого Хокагэ на порванном в спешке шнурке. Наруто стоял чуть поодаль. Если верить его объяснениям, он должен был вступить в игру только после того, как печати элементов затянут Джууби внутрь кулона. Кабуто, Саске, Карин и Суйгецу напряжённо замерли в углах барьера. И все они ждали сигнала Шикамару.
Он прекрасно знал, что должен делать, и он был готов отдать сигнал к действию, но никак не мог отделаться от чувства нереальности, невозможности происходящего. Он старался не смотреть на Темари, потому что не хотел видеть в её глазах просьбу подтвердить её безрассудную, бессмысленную надежду. Не хотел читать на лице Хатаке Саюри безысходность. Не хотел замечать решительность и обречённость участников запечатывания. Печать, которую готов был исполнить Наруто, представлялась страшным, мощным оружием, для применения которого просто обязаны были требоваться особые условия. Специальное место, какие-то артефакты, длительные период подготовки. Но на самом деле, у них была всего секунда. Секунда, которая разделила всё на «до» и «после». Секунда, по истечении которой Шикамару махнул рукой, отдавай сигнал к началу представления.
