Второй приоритетной задачей было восстановление разрушенных в результате масштабных атак Техниками Земли линий связи, электро- и водоснабжения. На это были брошены основные силы, здесь использовались сенсоры и не пострадавшие в сражениях шиноби. Катастрофически не хватало жилых помещений. Жители Конохи гостеприимно открыли свои двери для шиноби из других деревень, однако возможности по такому размещению людей были крайне ограничены. Поэтому было решено возвести временный лагерь, где можно было разместить тех, кто пока ютился в палатках. Этой задачей и занимался Шикамару при поддержке Канкуро и Темари, в то время как сам Джирайя решал насущные вопросы с обеспокоенными сложившейся ситуацией феодалами и не прекращал попытки заключения договоров на новые миссии в условиях жёсткого ограничения ресурсов.
Было непросто, но никто не жаловался. Шикамару периодически всматривался в лица людей, и несмотря на напряженную работу на грани человеческих возможностей, несмотря на только что окончившуюся войну, принесшую горе практически в каждый дом, несмотря на спартанские условия проживания и труда, не находил в них злости, раздражения или отчаяния. Их лица были умиротворенными, даже счастливыми. Они встречались на улице, сгибаясь под тяжестью своей ноши или спеша выполнить срочное поручение, но находили время и возможность, чтобы обменяться взглядами и лёгкими приветственными кивками, чтобы улыбнуться друг другу, а затем снова бежали по своим неотложным делам.
Жизнь не стояла на месте. И лучшим тому доказательством были события последних дней и то, что вопреки всем ожиданиям им не просто удалось выжить. Они смогли победить. Только ночью из тёмных углов плохо освещённых домов, из кривых переулков, и даже из тени огромной скалы, под которой притаилась Деревня, выползали страхи и воспоминания. Будто уродливые призраки, они слонялись по пустынным улицам, таились под окнами и возле дверей, заглядывали внутрь, холодили сердца и стирали улыбки.
- Ёшино-сан сказала, что я смогу найти тебя здесь, – проговорила Темари и присела рядом, подтянув коленки к груди.
- Как Гаара? – спросил тот, не пошевелившись.
- Так же, – отозвалась Темари, отведя взгляд и тяжело вздохнув. – Хотя организм и работает, он по-прежнему не приходит в сознание. Бледный… Как тогда, – она нахмурилась, припомнив тот день, когда уже один раз чуть не похоронила младшего брата. – Кабуто говорит, надо ждать.
- Значит, надо ждать, – кивнул Шикамару.
- Ты думаешь, ему можно верить? – с сомнением посмотрела на него Темари. – Нельзя же просто так забыть всё, что он натворил вместе с Орочимару.
- Я понимаю твои сомнения, – ответил Шикамару. – Но если забыть всю его предыдущую биографию, с момента его теперешнего появления на сцене он вёл себя безупречно. К тому же, Джирайя-сама ему верит.
- Мне кажется, это только потому, что ему верит Хатаке Саюри, – Темари дёрнула плечиком, чуть скривив губы. – Оказывается, она была ученицей Джирайи когда-то, а вот что связывает её и Кабуто – неизвестно.
- Не переживай, – Шикамару сел, легонько толкнув плечом Темари. – По распоряжению Джирайи-сама за всеми нукенинами ведётся наблюдение. Мы знаем о каждом их шаге. А врачебные назначения Кабуто проверяют Сакура и Шизунэ. Так что я склонен верить, что нам остаётся только ждать.
- Я понимаю, – Темари чуть толкнула его плечом в ответ, всё же грустно улыбнувшись. – Просто очень хочется, чтобы всё было хорошо.
- Всё и так хорошо, – сказал Шикамару, придвинувшись так, чтобы Темари могла на него опереться, что она тут же и сделала. – Куда лучше, чем могло бы быть.
- Это верно. – Темари немного повозилась, чтобы пристроиться удобнее в его объятиях. – В больнице мне сказали, что с утра в себя пришла внучка Тсучикагэ. Это ведь значит, что и у Гаары есть шансы, верно?
- Я уверен, что они весьма велики, – кивнул Шикамару. – Как здоровье Куротсучи?
- Кабуто пока не выписывает её, хотя она яростно настаивает на том, чтобы её выпустили.
- Представляю, – хмыкнул Шикамару. – Чтобы противостоять ей, нужна железная воля и непререкаемый авторитет.
- Как у твоей мамы? – усмехнулась Темари.
- Ты можешь иронизировать сколько угодно, но сама посуди: маман построила Канкуро на раз-два. Он вытягивается по стойке смирно, стоит только ей войти в комнату, разве что честь не отдаёт.
- Пожалуй, мне есть чему у неё поучиться, – отозвалась Темари, лукаво прищурившись.
- Может, не надо? – предположил Шикамару, кончиком носа пошевелив задорные соломенные хвостики.
- Почему? Боишься, что я стану ещё более проблематичной женщиной?
- Да куда уж проблематичнее, – усмехнулся тот, одновременно сжав чуть крепче объятия и мягко поцеловав её за ухом.
- Нара! – возмущённо воскликнула Темари.
- Тебе надо отвыкать произносить мою фамилию с таким возмущением, – пробормотал тот, снова поцеловав её за ухом. – Ведь она скоро станет и твоей тоже.
- Ты ещё не поговорил с Канкуро и с Гаарой, – возразила Темари. – А родителям ты уже сказал? – она обернулась вполоборота, чтобы увидеть его лицо.