- Какаши полезно иногда встряхнуться и посоревноваться с достойным соперником, менее прямолинейным, чем Гай, – ответил саннин, скептически рассматривая ногти на руках. – Это сложновато делать в деревне, где его авторитет непререкаем. И справедливо непререкаем.
- Не могу не согласиться. Боюсь, в прямом бою у меня не было бы шансов, – юноша прищурил серые глаза, удовлетворенно разглядывая появившийся на горизонте силуэт усталого Копирующего ниндзя.
- Не узнаешь, пока не попробуешь, – подмигнул Джирайя. – Я бы с удовольствием на это посмотрел.
Тренировка Наруто и Макото длилась уже часа полтора. Удзумаки, под чутким руководством всех троих учителей продолжал в поте лица пытаться соединить Расенган с чакрой Ветра. И несколько дней назад у него даже начало получаться какое-то подобие техники ранга S: на ладони под контролем сразу трех теневых клонов, получалось нечто, издали напоминавшее небольшой шурикен с центром в виде обычного Расенгана и звенящими лопастями. Прямое столкновение с Чидори новая техника выдержала с достоинством, оставив при этом Какаши без перчатки и с иссеченной мелкими царапинами ладонью, к огорчению только что залечившей следы кошачьих когтей на руках сенсея Сакуры. Однако Райкири одолеть Расеншурикену, как назвал его в порыве вдохновения Наруто, пока не удалось, что означало, что техника не завершена полностью. У Макото управление природой Воды шло плохо, концентрироваться на сильной технике, требовавшей много чакры, девушке было сложновато, и она быстро уставала, однако добиться определенного прогресса все же удалось.
Джирайя в большинстве случаев спал, от чего его могло отвлечь либо внимательное наблюдение за обменом любезностями Харуки и Какаши, после чего он аккуратно выводил в блокнотике счет соревнования по колкостям (туманник вел 52-49 по результатам шести дней), либо личное участие в перепалках с Наруто, когда этот остолоп приходил жаловаться на жизнь.
Хатаке Какаши тоже спал, но временами и беспокойно, и все реже в его руках можно было заметить заветный зеленый томик, что необычайно расстраивало саннина, который гадал о причинах изменений в предпочтениях своего самого верного читателя. Вот и сейчас он сидел под деревом, отложив в сторону книгу, и задумчиво наблюдал за колыхавшимися по ветру травинками. В этой позе и застал его Харука, неслышно подкравшийся сзади и опустившийся возле него на корточки.
- Скучаете, Какаши-сан? – спросил он, с удовольствием отмечая, что вечно спокойный джонин Листа все же вздрогнул от неожиданности.
- Вовсе нет, – флегматично протянул Копирующий. – А что, уже подошло традиционное время упражнений в красноречии? Обычно мы начинаем позже.
- Мне послышалось, или Вы изучаете мои привычки? – хмыкнул в ответ туманник, краем глаза заметив, что жабий саннин мгновенно проснулся и с выражением предвкушения на лице открыл блокнот. – У меня к Вам рационализаторское предложение, Какаши-сан, – заговорщически проговорил он.
- Я весь внимание, – с давшимся тяжелыми усилиями выражением полного безразличия на лице ответил Хатаке.
- Да Вы уже полны энтузиазма, я смотрю, – скептически ухмыльнулся Харука. – Что если нам с Вами немного размяться? Небольшой спарринг, только и всего. Я себе не прощу, если ни разу не попробую свои силы в схватке с легендарным Копирующим Ниндзя.
- Ну что Вы, я недостаточно легендарен для проверки Вас на прочность. Почему бы Вам не обратиться к Джирайе-сама? – джонин Листа уже протянул было руку к книге.
- А если я скажу, что в случае победы Вас больше не будут ждать утренние сюрпризы? – тонкие губы расплылись в довольной усмешке, когда пальцы Хатаке застыли в сантиметре от зеленой обложки.
- Боюсь даже спрашивать, что будет, если я проиграю.
- Дайте-ка подумать… – размышляя, Харука картинно поднес указательный палец к губам, поставив тем самым под угрозу хладнокровность и взвешенность ответа Копирующего. – Наконец, скажете правду, почему Вы сегодня опоздали? Идет?
Какаши пожал протянутую ему холодную руку, после чего подоспевший Джирайя разбил их рукопожатие, незаметно подмигнув и тому, и другому сопернику.
- Может быть, начнем с кенджуцу? – Харука стоял прямо напротив него, в нескольких шагах, прищурив прозрачные серые глаза.
- Отличненько, – отозвался Какаши, в следующее мгновение освободив из ножен любимый отцовский кинжал, блеснувший серебристо-белой сталью.
- Не берусь судить сразу, но мне кажется, что у Вас прекрасный клинок, Какаши-сан, – юноша задержал взгляд на коротком лезвии и удобной рукоятке. – Возможно, Вы позволите мне взглянуть на него поближе, когда мы закончим?
- Безусловно, – вежливо кивнул Какаши, скрывая за маской безразличия гордость и щекочущий нервы интерес, какое оружие выберет противник.
