— Да, я надеюсь, — Спархок отхлебнул пива. Пиво было мутновато, но на вкус — лучшее из того, что ему приходилось когда-либо пробовать.
Ват откинулся на стуле, чеша теперь грудь.
— Дело в следующем, друг, — сказал он. — Битва-то была на таком просторе, что одному человеку всего и не углядеть. Я лучше знаю, что было здесь, а Фарш лучше знает, что было рядом с его деревней, к югу отсюда. Но ежели вам нужно узнать что-то особенное, так найдите того, кто живет поближе к тем местам, где было дело.
Спархок вздохнул.
— Тогда это дело удачи, — сказал он. — Мы можем ведь проехать мимо человека, который что-то знает и даже не подумать с ним заговорить.
— Не обязательно, друг. Мы все знаем друг друга. Старый Фарш послал вас ко мне, а я отошлю вас к другому парню, который живет севернее, в Пэлере, в Пелозии. Что делалось там, он знает гораздо лучше, а если что, то отошлет вас дальше, еще к кому-нибудь. Я же говорю, вы идете по верному следу. Вот и идите от одного к другому, пока не узнаете, что вам надо. Это гораздо скорее, чем перекапывать всю Северную Пелозию и Дэйру.
— Должно быть, ты прав.
Ват ухмыльнулся.
— Вы думаете, мы, люди простые, ничего ведать не ведаем? По отдельности может оно и так, но ежели собрать всех вместе, то на свете небось и нет ничего такого, чего мы не знаем.
— Я запомню это, — сказал Спархок. — Как зовут этого человека в Пэлере?
— Берд, дубильщик, глупое имя, как и у всех пелозианцев. Его дубильная стоит у северных ворот города. Ему не разрешили расположиться внутри города из-за запаха. Поезжайте к Берду, а если он не знает того, что вам нужно, то подскажет к кому еще можно пойти в тех краях.
Спархок поднялся.
— Ват, ты и правда помог нам, — сказал он, вручив фермеру несколько монет. — Когда в следующий раз будешь в деревне выпей пива и угости Фарша.
— Спасибо, друг, — сказал Ват. — Удачи вам.
— И тебе спасибо. Да, кстати, я бы купил у тебя немного сухих дров, если у тебя есть лишние, — Спархок добавил еще немного монеток.
— А, конечно, конечно. Пойдемте в сарай, я покажу.
— С этим все в порядке, Ват. Дрова уже у нас. Пойдем, Телэн.
Когда они вышли из дома, небо в западной стороне над озером уже очистилось от туч.
— Что, так обязательно было платить? — с негодованием спросил Телэн.
— Но он очень помог нам, Телэн.
— Не вижу связи. Что, это и правда так продвинуло нас вперед?
— Это начало. Ват-то оказался вовсе не дураком. Переходить от одного рассказчика к другому — лучший для нас план.
— Значит наша поездка прошла не в пустую?
— Узнаем, когда поговорим с дубильщиком в Пэлере.
Улэф и Берит развешивали одежду на веревку рядом с огнем, когда Спархок и Телэн вернулись в лагерь.
— Ну как деда? — спросил Улэф.
— Неплохо, — ответил Спархок. — Ясно, что Сарека здесь не было. Кажется в Пелозии и Дейре было больше стычек, чем читал об этом Бевьер.
— И что мы теперь будем делать?
— Поедем в Пелозию, в город Пэлер и поговорим с дубильщиком по имени Берд, а если он не знает, то скажет, с кем поговорить еще. Как Тиниэн?
— Он все еще спит, зато Бевьер проснулся, и Сефрения напоила его бульоном.
— Добрый знак. Пойдем поговорим с ним. Небо проясняется, и можно было бы продолжать путь.
Они вошли в палатку, и Спархок рассказал об их с Телэном визите к Вату.
— План хороший, Спархок, — одобрила Сефрения. — А далеко ли до Пэлера?
— Телэн, ступай принеси мою карту.
— Почему опять я?
— Потому, что я прошу тебя.
— Ой, ну ладно, ладно…
— Только карту, — добавил Спархок. — Не прихватывай больше ничего.
Минуту спустя мальчик вернулся и Спархок развернул карту.
— Ну вот, — сказал он, — Пэлер выше северного конца озера, сразу за Пелозианской границей. Лиг десять отсюда, я полагаю.
— С повозкой мы не сможем ехать быстро, — сказал Кьюрик. — Мы не можем трясти слишком сильно раненых, так что ехать придется дня два.
— Зато в Пэлере мы сможем отвезти их к лекарю, — сказала Сефрения.
— Да нам вовсе не нужна эта телега, — возразил Бевьер. Бледность еще не покинула его щек и он двигался с трудом. — Тиниэну гораздо лучше, Келтэн и я тоже нормально себя чувствуем. Мы можем ехать верхом.
— Нет не можете, пока я здесь отдаю приказы, — ответил Спархок. — Я не собираюсь рисковать вашими жизнями ради нескольких сэкономленных часов, — он подошел к выходу из палатки и огляделся. — Вечереет. Этой ночью всем надо как следует выспаться, а завтра с утра отправимся.
Келтэн сел, морщась от боли.
— Ну, ладно, — сказал он, — теперь, когда все решено, как насчет ужина?
Когда все поели, Спархок вышел и сел у костра, угрюмо уставившись на огонь. К нему подошла Сефрения.
— Что такое, дорогой? — спросила она.
— Весь день было некогда, а теперь я подумал, и эта затея… Вряд ли что из нее получится. Мы можем пробродить по Пелозии и Дейре хоть двадцать лет, выслушивая рассказы стариков.
— Я так не думаю, Спархок. У меня иногда бывают предчувствия, вспышки предвидения будущего, и я чувствую, что мы на верном пути.
— Предчувствия, Сефрения? — удивленно спросил Спархок.
— Чуть больше, чем предчувствие.
— Ты хочешь сказать, что можешь видеть будущее?
Сефрения рассмеялась.
