— Он был лучшим, Келтэн, — гордо ответила Сефрения. — Он мог бы посоперничать даже с твоим отцом, Спархок. Все были опечалены, когда церковь предопределила ему другую судьбу. Мы потеряли очень хорошего пандионца, когда он принял монашеские обеты.
Долмант все еще с некоторым недоверием продолжал оглядывать своих друзей.
— Я думал, что это сокрыто навсегда, — вздохнул он. — Я не ожидал, Сефрения, что ты так выдашь меня.
— Мне кажется, что в этом нет ничего постыдного, ваша светлость, — сказал Вэнион.
— Но это может грозить некоторыми политическими неудобствами, так что храните то, что узнали в тайне.
— Не беспокойся, Долмант, — успокоил его Эмбан. — Я послежу за твоими друзьями здесь. И как только заподозрю, что кто-то из них недостаточно крепко держит язык за зубами — сразу прикажу отправить его в монастырь Земба, в нижней Каммории, где вся братия приняла обет молчания.
— Ну что ж, начнем, — сказал Вэнион. — Нам нужно собрать дружественных патриархов, а ты, Келтэн, займись-ка тем, что сам же и предлагал — подделкой имен в бумагах. И не забудь, имена, которые ты впишешь, должны быть написаны почерком графа Лэндийского. Возьми-ка, пожалуй, себе в помощь Спархока.
— Да я и сам справлюсь, милорд.
— Нет, — покачал головой Вэнион. — Нет, я так не думаю. Я еще помню, каково было раньше твое правописание.
— Что, плохо? — поинтересовался Дареллон.
— Ужасно, мой друг. Просто отвратительно. Однажды он написал слово из шести букв, умудрившись сделать в нем шесть ошибок.
— Но надо быть все же более снисходительным. Некоторые слова и правда трудны в написании, Вэнион.
— Что, и его собственное имя?
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
— Вы не имеете права делать этого! — визгливо протестовал кардошский патриарх, когда Келтэн и Спархок выволакивали его из дома несколькими днями позже. — Вы не можете арестовать патриарха церкви, пока идут заседания Курии.
— Но Курия сейчас не заседает, ваша светлость, — напомнил ему Спархок. — Вспомните — перерыв на время траура по случаю кончины Архипрелата.
— Я не могу быть судим гражданской властью. Я требую, чтобы вы представили ваши обвинения церковному трибуналу!
— Уведите его отсюда, — коротко приказал Спархок сэру Перрейну.
Патриарха Кардоша вытащили из комнаты.
— Ну, а мы чего ради задерживаемся? — спросил Келтэн.
— По двум причинам. Наш пленник, кажется, не слишком удивлен всеми этими обвинениями. Похоже, лорд Лэнда опустил несколько имен, составляя список.
— Все может быть. А что за вторая причина?
— Надо отправить послание Энниасу. Он же знает, что мы не смеем тронуть его, пока он в Базилике?
— Да.
— Что ж, значит, местом его заключения и будет Базилика, ведь он не может никуда оттуда выйти. Мы еще в долгу перед ним за отравленную пищу.
— И как ты собираешься это сделать?
— А ты вот смотри и делай, что я скажу.
— А я разве так не делаю всегда?
Они вышли из роскошного дома патриарха, построенного, как был уверен Спархок, на деньги, украденные Энниасом у эленийской короны.
— Мы обдумали ваше требование по поводу слушания вашего дела церковным трибуналом, ваша светлость. Нам показалось, что это предложение заслуживает внимания, — Спархок принялся перебирать пачку указов о взятии под стражу.
— Я полагаю, вы доставите меня в Базилику? — спросил патриарх.
— Хм, — отсутствующим тоном произнес Спархок, делая вид, что читает один из документов.
— Я спросил — вы собираетесь отвезти меня в Базилику и представить там ваши абсурдные обвинения?
— Вряд ли, ваша светлость. Это было бы крайне неудобно, — Спархок вынул бумагу на арест первосвященника Энниаса и показал ее Келтэну.
— Да, кажется, та самая, — сказал тот. — Это тот, кто нам нужен.
Спархок свернул бумагу в трубку и задумчиво постучал себя по щеке.
— Вот что мы сделаем, ваша светлость, — сказал он. — Мы собираемся отправить вас в замок ордена Альсиона и заключить там. Заседания церковного трибунала по обвинению, выдвинутому Королевским Советом Элении, должны проходить под председательством главы церкви в этом королевстве. Таковым является первосвященник Энниас — так как является правопреемником ныне недееспособного его светлости патриарха Симмурского. Ну так вот, раз Энниас должен возглавить ваш суд, то мы с чистой совестью можем отдать вас в его распоряжение — все, что ему для этого нужно, это выйти из Базилики, явиться в Альсионский замок и потребовать вашей выдачи. — Спархок взглянул на одетого в красное офицера, за которым присматривал мрачнолицый сэр Перрейн. — Капитан вашей охраны может на время стать обычным посланником. Отправим его в Базилику, и пусть он обо всем сообщит Энниасу. Скажите ему, чтобы он попросил доброго первосвященника навестить нас. Мы будем весьма рады видеть его на нейтральной территории. Не правда ли, Келтэн?
— О да, конечно!
Патриарх Кардоша с подозрением поглядел на них, и, подозвав капитана стражи, быстро что-то ему сказал.
— Как ты думаешь, он догадался о наших намерениях? — спросил Келтэн.
— Надеюсь, что да. Я все для этого сделал, разве что не ударил его чем-нибудь по голове.
Патриарх закончил говорить с офицером. Лицо его пылало гневом.
