Кто подойдёт самому неуживчивому чёрному магу Академии Сельёна?18+
До начала Практики заклинаний шестого круга ещё оставалось время, позволявшее старшекурсникам обсуждать выходные в собственное удовольствие.
— …ну я же не знал, что шкаф заговорённый, — разводил руками Тимайс. — Только я к нему приложился, а он как шибанёт. Я защищался, и не считаю, что должен платить за ущерб.
— Ты разнёс лавку зельевара, — покачала головой Марена. — Думаешь, тебе это так просто сойдёт с рук?
— Дарт, скажи ты ей, что я не виноват, — Тимайс возмущённо привстал, встряхнув кудрявой копной волос, всё время спадавшей на глаза.
— Я же тебе говорил, что не стоит браться за эту работу, — спокойно произнёс маг в тёмных одеждах, сидевший в окружении пары приятелей и неотрывно глядевший в одну и ту же точку. — Твоя магия нестабильна, и этого вполне можно было ожидать.
— Спасибо, поддержал, — обиделся друг. — Не у всех есть дед, накопавший кладов на сто лет вперёд и не у всех у нас выдающиеся магические способности.
— Хватит ныть, Тимайс, — пыталась урезонить его Марена. — Был бы ты слабаком, тебе бы никто не позволил посещать занятия шестого круга. Так что не прибедняйся. Дарт просто хотел сказать, что тебе не следовало спешить. Дай себе время справиться с источником.
— Мне не нужна твоя защита, Марена, — самоуверенно произнёс Дарт, продолжая сверлить взглядом пустоту вот уже целую вечность. — Тимайс балбес, но я уже разобрался с владельцем лавки, так что не могли бы вы заткнуться?
Проучившись с Дартом восемь лет бок о бок, друзья всё ещё не до конца привыкли к его резкой, даже грубой манере общения, не раз становившейся причиной их неприятностей. Ещё хуже было то, что Дарт не видел никакой необходимости что-то менять, и ещё более ненормальным было, что именно таким образом юный маг «набирался опыта», как утверждал он сам.
Спустя пять лет обучения в магической школе Сильёна соперников у него не осталось не только среди старших курсов, но и среди многих профессоров. По крайней мере тех, кого зацепил слишком дерзкий язык чёрного мага. С Дартом больше не связывался никто.
Скорее, многие поражались, как тому вообще удалось завести друзей.
Некоторые всерьёз полагали, что без магии здесь не обошлось. И были не правы. Чудом было то, что в Академии отыскалась толстокожая Марена — магичка из рода людей, находившая отвратительные манеры Дарта забавными и даже смешными, и не слишком нормальный маг воды Тимайс, обладавший достаточной силой, чтобы возбудить любопытство чёрного мага, и отсутствием инстинкта самосохранения, тут же столкнувшего двух юнцов в ожесточённом бою, который, тем не менее, не помешал ни одному из них продолжить неуместное во всех отношениях знакомство.
Только благодаря стечению обстоятельств все трое поняли, что могут прекрасно сосуществовать друг с другом. И, несмотря на грубость преподнесённых Дартом новостей, ни один из приятелей не удивился: Марена хмыкнула, словно ожидала этого, а Тимайс выдохнул с облегчением, не имея ни малейшего понятия, как Дарту удалось узнать о его неприятностях, ведь тот отсутствовал неизвестно где все выходные.
За миг до того, как профессор Остен материализовался в комнате, за первым столом, там куда всё это время был устремлён взгляд зелёных глаз несговорчивого мага, появилось слабое свечение. Ещё один взмах ресниц, и на пустом месте возник полупрозрачный светлый эльф.
Зачем светиться тому, кто от природы обладал длинными белоснежными волосами до пояса, был самым белокурым существом, которого доводилось видеть Дарту, да ещё, словно этого было недостаточно, смотрел на мир небесно-голубыми глазами, являясь самым тривиальным примером своего племени, который только можно было себе вообразить?
Впрочем, свечение не было иллюзией, просто упомянутый эльф физически пребывал в другом месте. Амулет, висевший у того на шее, позволял обучаться удалённо, и слабый мерцающий свет был просто побочным явлением частичной телепортации.
Эльф, очутившись в полной студентов аудитории, выпрямился, стоило профессору Остену предстать перед его очами. Длинные прозрачные уши подрагивали от напряжения: Мири — так звали Светлого — ловил каждое слово профессора, старательно записывал и не отвлекался ни на миг, заставляя Дарта кидать всё новые и новые презрительные взгляды.
Неужели Светлый действительно думал, что на Практике заклинаний шестого уровня, нужно скрупулёзно транскрибировать, словно первокурснику, впервые переступившему порог Академии? Дарт вообще поражался, как Светлому удалось достать пропуск свободного слушателя: неподготовленные уши, пусть даже такие изящные, не имели никакого права, да и толка, получать тайные и во многом опасные знания, с которыми мог справиться не каждый старшекурсник, что уж говорить о эльфе третьего года обучения?
На практике полагалось практиковать.
— Добровольцы? — спросил профессор Остен, закончив объяснять нюансы атакующего заклинания.
