— Думалка у Аньки вытекла, а обратно ее кое-как засунули. У него после лошади и магов совсем голова того стала. Сядет, в небо уставится, а потом вот сделает всякое. Вон, Хлюдовику что смастерил, — Суса, похоже, даже горда была Анькиными успехами, хотя и хмурилась. — Оружие там, приблуды всякие, чтобы складывались и раскладывались, сами ехали, сами двигались. Ну и папеньке туалет сделал. Представляешь, папенька на нем сидит, а как встанет, туалет сам водой — пш-ш! Папенька через то стал слегка заикаться и корона у него теперь немного набок съезжает, но ему все равно нравится.
— Так полезное же дело! — я тоже оценил Анькино оружие. Но Суса нахмурилась сильнее.
— Только потом он лошадь разобрал.
— Как? — не понял я. Суса показала наглядно, и до меня дошло, что руками и подручным инструментом. И что лошадь была та самая, что лягнула зазевавшегося пажа. И после лошади, возможно, должна была прийти пора других существ. Эльфов, например. Я сглотнул ставшую вязкой слюну и покосился назад. Анька в своем шлеме с легкой, будто наркотической улыбочкой вел спокойно броне-телегу.
— Папенька хотел дурика-Аньку на виселице вздернуть, — вздохнула Суса. — Я плакала, просила, жалко же.
— Но не вздернул.
— Хлюдовик сказал, что это его имущество и повреждать его только ему можно. А маги шлем Аньке передали, сказали, он там к каким-то завихрениям подключается. А это нельзя. Шлем — это чтобы Анька не так часто все придумывал…
Интересно девки-то тут отплясывают, подумал я. Это что получается, в этом мире какой-то портал прямо в наш? То меня выкинет, то Аньки прямо из нашего интернета микросхемы качают? Хотя у нас такого танка с зеленым дымом нет. Или не только в наш мир переходы есть?
Или не переходы, а передачи информации? Ну так ноосферы всякие… У меня маман этими штуками вроде как увлекалась. То числа посчитает, квадраты какие-то разложит и в итоге «Димочка, курицу сегодня есть нельзя, Марс достучался до Юпитера в доме Венеры». То в астрал они с подругами выходили, накатив соточку коньячку и завоняв всю квартиру какими-то потняками. И ноосфера какая-то была — ну, мол, все мысли, когда-либо обдуманные, и все это добро вращается вокруг планеты. А избранные присоединяются к потоку мыслей. Я пытался маме намекнуть, что для избранности просто нужно купить роутер, но меня заклеймили нечувствительным к всяким субстанциям сухарем. Дескать, мужчинам не дано!
И тут вот пример того, что дано, очень даже дано! Может, Анька мне и микроволновку соберет и холодильник пристойный? Это ж какой прорыв! Наверное.
А если он к нашенскому интернету присоединяется, то, может, через Аньку Льву письмо написать? Я даже развеселился. Потом решил, что не стоит, пожалуй. Дойдет ли, как оно работает… А если дойдет, то напарник это все посчитает дурной шуткой. Очень дурной. Я же все-таки умер. Вдруг еще искать шутника пойдет… Я прикинул, что будет, если Лев начнет доказывать кому-то, что я ему пишу с того света. Какая ему там после этого медкомиссия, хорошо если вообще на пару месяцев не закроют, чтобы глюки приостановить. Нет, не заслужил Лев такого, а вот теще… пусть и бывшей…
Теще можно, вздохнул я. Было бы, если бы эта курица компьютер от бревна отличала. А она на планшете моей бывшей взяла и мясо порезала… У-у, ведьма. Я ведь его бывшей в кредит взял на восьмое марта!
— Димиэль? — испуганно окликнула Суса. Ого, вот это память у меня, и злопамятность! Представляю, какую я рожу скорчил. — Не надо на Хлюдовика злиться и на магов тоже, Аньке неплохо… лучше, чем было бы.
— А, ага, — сказал я, потому что — ну а что тут еще скажешь?
Дождь все-таки ливанул. Суса спряталась под своим шлемом и плащом, я… ну я так, обтекал, прямо скажем. Ладно хоть не мерз, а впереди уже виднелись Камненоги — селение гномов.
Давненько я в Камненогах не бывал! Даже развеселился: вот сейчас я и посмотрю, как хлыщ будет изворачиваться. Ну просто потому, что насчет Аньки и Сусы я был абсолютно спокоен.
У гномов жизнь и обычаи интересные. И даже если гномы и переезжают куда, подселяются к кому, то сразу создают свой город в городе. Обычаи чуть слабеют, но сильно не меняются. Начнем с того, что гномы вообще довольно высокомерные. Не чета эльфам, конечно, но держатся возле своих. Если уж начистоту, то, пожалуй, только с эльфами и орками они и общаются, вроде как — тоже свои, малочисленные, так скажем, расы. Хотя это старая договоренность, еще грубж знает с каких времен, сейчас больше традиция.
Впрочем, это не мешало оркам собирать эльфячьи уши, гномам плевать в пиво оркам, а эльфам пускать на компост и гномов, и орков, сопровождая все бреньканьем на арфе и сиянием, ну, кто мог.
