Девушка имела отменный аппетит, даже в трудной ситуации её не покидавший. Причем сьеденые калории ни коим образом не сказывались на спортивной фигуре. Как бы отвечая на вопрос, к дому подошла стройная женщина, принесшая корзину с едой. Её сопровождал рослый, не молодой энол и Миэле. Поговорив со стражей, женщины вошли в дом, а мужчина остался снаружи.
— Они поднимаются, — напряжённо предупредила Анна, из окна наблюдавшая за происходящим на улице.
Эльфийки взошли на второй этаж, и Миэле немедленно обратилась с речью.
— Человек, моя мать Нур–ун ниса Инаят Лергиэль благодарит тебя за спасение жизни сына. Сама она не знает языка людей и говорит моими устами. Здесь еда, удовлетвори свой голод.
Девушка поставила на пол корзину. Ярослав, несколько замешавшись, ответил:
— Сакора Мирана наватара Миэле. Я благодарю тебя и твою мать за оказанную мне честь своим посещением и едой, которая нам кстати. Однако я уже говорил, не весь народ энола разделяет вашу благодарность! Майоринг убьет нас?
— Вопрос неуместен, человек! — ответила девушка.
— Переведи!
— Ты дерзок человек!
— Переведи!! — настаивал Ярослав.
Миэле шёпотом перевела, отвернувшись от собеседника. Энолка мельком взглянула на вопрошавшего человека, потупив взор, отвернулась и медленно спустилась на первый этаж, не удостоив ответом.
— Такие вопросы не задают Нур–ун ниса, это неприлично.
— Я видел смерть войо, мне и моим женщинам не до приличий.
— Войо убийцы и заслужили самой страшной казни.
— Чем заслужили ее мы?
— Откуда знаешь, вдруг тебя пощадят?
— Давно уж осудили.
— Ты прорицатель, человек?
— Не надо прорицать, что будет дождь, увидя грозовые тучи.
— Где видишь их?
— Во взоре матери твоей.
Насупившись, как обиженная, девчушка, Миэле развернулась и сбежала с лестницы, каблучки звонко простучали по ступеням. Громко разговаривая, энолки покинули дом. На улице к ним присоединился мужчина и стражники, после чего, хорхо еще некоторое время бурно беседовали. Затем семья Миэле покинула поляну, а стражники остались нести службу.
Только Ярослав с девушками успели перекусить, появляется охрана и гонит всех на улицу. Там выясняется, что ведут их на допрос к местным властям, дорога не длинная, через десять минут предстают перед вождями. Портик, под сводами которого принимали вожди, производил впечатление капитальной постройки. Увитые вьюном высокие колонны, растительный резной орнамент, все говорило о вкусе мастера. Пленников, сопровождаемых стражами, встретили три энола, одна из которых — женщина, мановением руки просила уже знакомого седовласого вождя вести допрос.
— Вы не модоны, кто вы? — задал конкретный вопрос энол.
— Я говорил тебе, мы индлинги переселенцы. Идем на юг, на вашу землю попали случайно. Мы не воюем с Майорингом, и ни кто из наших людей не причинил в своей жизни вреда энолам.
Вождь переводил сказанное.
— Мы не знаем ни каких индлигов на севере.
Ярослав, запинаясь, рассказал старую басню о происхождении индлингов.
— Мы жили на севере, на «Снежных островах». Земля наша скудна, а лето коротко, голод и смерть преследовали наши семьи. Народ индлингов не велик, почти все наши люди сейчас идут на юг. Не мудрено, что вы не слышали о нас, острова далеко на севере.
— Мы знаем, где находятся «Снежные острова», — прервал энол, — но индлингов там нет.
— Омьены — наши братья, — продолжал развивать старую теорию Ярослав.
— Мы слышали об омьенах, — уверенно подтвердил вождь.
— Шестой народ Омьеннов — Индлинги, — не моргнув глазом, уточнил Ярослав.
— Неужели? — Растерянно усомнился седовласый.
— Точно!!
Похоже, Ярослав уел энола, тот не знал племен омьенов, в отличие от хитрого Олега.
— Что это? — перевел разговор вождь, показывая отнятые вещи.
— Это… приспособление для извлечения огня, кремень и кресало, но маленькие.
Ярослав показал, как работает зажигалка.
— А что горит? — не унимался любопытный энол, успевая при этом переводить.
— Я не колдун и не создаю зелий.
— А это что? — спросил энол, показывая на часы.
— Это приспособление отмеряет время.
— А как?
— Я не колдун, не знаю! Здесь стрелка движется, показывая время.
Энол переводил, своим без задержек.
— А это, думаю, зелье для лечения? — показывал седовласый на аптечку.
— Волшебники готовят, — упирал Ярослав на свою непричастность.
— Где те волшебники живут? — не унимался энол.
— На севере, среди народа омьенов, — не моргнув глазом, выдал тайну пленник.
— Раньше мы о таких способных не слышали.
— Все бывает в первый раз, — эрудиция не подвела Ярослава, — а я простой никчемный человек — переселенец.
Неожиданно в разговор вступила женщина:
— Ты хочешь обмануть нас, не так ты прост. Одежда на тебе тонка, как могут делать лишь энолы. С войо сразился — победив! Врага людей не бросил, а излечил. Ты странный человек?! И непонятный.
Затем обратилась к седовласому по стечению обстоятельств, на модонском.
— Клодоальд, уведите пленных.
Вождь подал знак, и стража вывела людей из портика.
Едва их привели тюрьму, и дверь захлопнулась, как Ярослав озвучил свои тревоги и подозренья:
— Девчонки, немедля надо нам бежать, пока не стало поздно!
