- Знаешь, а если я дам тебе свободу? – предложил я. – Отпущу на все четыре стороны? Как тебе такое предложение?
- Я чем-то не угодила господину Арне? – испуганно спросила девушка.
- Просто рабство – это плохо. Человек не должен быть рабом.
- Я не понимаю моего господина. Разве я плохая?
- Ты замечательная. Но я хочу дать тебе свободу. Ты будешь не рабыней, а моей… компаньонкой. Как тебе такая идея?
- Я готова делать все, что потребует от меня господин Арне.
- Вот и ладушки. Отныне ты свободный человек. Я тебя не держу. Хочешь – можешь идти, но если хочешь, останься.
- А господин Арне хочет, чтобы я осталась? – нашлась Шамуа.
- Пожалуй. Ты очень милая.
- Господин Арне бесконечно добр ко мне, - сказала девушка и томно опустила взгляд.
- И запомни: не надо звать меня господином. Я тебе не господин, а ты не рабыня – больше. Зови меня просто Арне.
- Я не могу.
- А если я прикажу?
- Пусть господин Арне даст мне немного времени, чтобы привыкнуть к его требованиям.
- Хорошо. Сколько тебе лет, Шамуа?
- Я не знаю. Я была совсем маленькая, когда попала в Фаршад.
- Так ты не помнишь свою семью? Своих родителей?
- Нет. Я помню только Баххар. Она воспитывала меня, учила всему, что должна знать хорошая рабыня. Она всегда говорила мне: «Ты должна делать все, чтобы твой господин не разгневался на тебя, Шамуа. Запомни, это самое главное».
- Обещаю, что я не буду на тебя гневаться, - сказал я, приложив ладонь к сердцу. – А теперь я вздремну немного.
Конечно, это было очень странно: у меня такая сексапильная гостья, а мне вдруг приспичило вздремнуть! Но я был слишком ошарашен происходящим, и сама реальность казалась мне сном. Надо было привести голову в порядок, а для этого нет средства лучше сна. И потом, меня в самом деле морило. Сказались ранние подъемы и беготня по Корман-Эш. На этот раз Шамуа не бросилась стелить для меня постель, занялась грязной посудой, а я, не раздеваясь, увалился прямо на покрывало, и тут же заснул – усталость, вино и чувство сытости сморили меня. Наверное, я спал совсем недолго. Но только когда я проснулся, рядом с кроватью стояла Шамуа. Она успела переодеться – сменила свой символический розово-бежевый прикид на еще более символический белый с золотом. Видимо, это был ее вечерний домашний костюм.
- Ванна для господина Арне готова, - заявила она, лучезарно улыбаясь.
- Мать твою тру-ля-ля, какая ванна?
- Ванна для господина Арне, - повторила Шамуа со все той же голливудской улыбкой.
Так, пока я спал, девонька бодро распорядилась за меня – заставила гостиничных боев притащить мне в номер огромную лохань, натаскать горячей воды, развела в ней черт-те сколько ароматической эссенции и шампуня и теперь стояла надо мной, ожидая, когда я соизволю оценить результат ее забот. Я в совершенном ступоре стянул с себя камзол и сапоги, потом штаны и залез в лохань. Шамуа тут же встала рядом и принялась деловито мыть мне голову.
Рай все-таки существует, подумал я, сидя в лохани, охая и чувствуя невероятное блаженство. И в него можно попасть, оказывается, не только на небесах, но и на земле. Я был в таком трансе, что даже не удивился, когда Шамуа очень быстро и без малейшего смущения освободилась от своего одеяния и полезла ко мне в лохань, намереваясь домыть меня полностью. Об остальном умолчу – мои ощущения в те минуты просто невозможно описать. Я же говорю, это был совершенный рай. Меня купали будто малого ребенка, и только некая часть моего тела напоминала мне, что я не крошечное дитя в купели, а совсем взрослый мальчик, и моет меня молодая, красивая, очень сексуальная и полностью обнаженная девушка. Поэтому я держал обе руки под водой и пытался абстрагироваться от происходящего – думать о Салданахе и моем контракте, например.
- Ну вот, господин Арне совершенно чист, - заявила моя добрая гурия и вылезла из лохани, чтобы взять полотенце. Я дал себя обтереть и тут же завернулся в чистую благоухающую простыню. Шамуа спокойно стерла с себя ладошками мыльную пену и, даже не потрудившись одеться, вытерла расплескавшуюся на полу воду.
- Спасибо, - сказал я, стараясь держать себя в руках. – Это было…. Э-э-э, замечательно. Просто не знаю, как тебя благодарить.
- Господин Арне желает, чтобы я оделась? – спросила Шамуа, глядя мне в глаза.
Что я мог сказать в ответ? И что бы сказал на моем месте любой другой нормальный мужчина? Естественно, я сказал «нет». И дальше все пошло именно так, как должно было пойти. Законов природы еще никто не отменял.
- Ах, господин Арне! – шепнула мне на ухо Шамуа уже потом, когда мы лежали, обнявшись, в круге света от прикроватной лампы. – Как я рада, что могла услужить вам. Прежний господин был несправедлив к вам. Он говорил, вы жестокий и суровый. А вы нежный и ласковый…
