Я раздраженно вздохнула и попросила отправить ко мне Мию. Долго ждать не пришлось; она вошла в покои уже спустя несколько секунд, держа в руках подготовленный для собрания наряд. Ликование от отсутствия корсета и юбки было столь велико, что вылилось в восторженный писк, и капитан тихо хмыкнул, спрятанный от меня стенкой ширмы. Темные кожаные штаны в комплекте с жилетом и черная рубашка были чем-то средним между тем, в чем я привыкла ходить на тренировки к гвардейцам, и тем, в чем в свободное время разгуливал Териат, но в чуть более торжественном исполнении.
— А где…? — чуть робко начала говорить я, выходя из-за ширмы.
— Показывает эльфам замок, — сразу же ответил брат. — Индис в полнейшем восторге, но, как мне кажется, лишь потому, что скрывает за ним боль от потери матери.
— Маэрэльд была…
— Прекрасна.
— Да, — прошептала я. — Надеюсь, ее смерть не была напрасна.
— В их рядах родится новый лидер. — Кидо подошел и мягко обнял меня за плечи, успокаивая. — Их народу Богиня всегда дарует того, кто хорошо справится с этой ролью.
Я кивнула, но груз вины, что я испытывала за смерть азаани, не стал ни на чуточку легче, хоть я и не была причастна к ней напрямую. Близкое родство с Минервой как будто бы само собой накладывало на меня тень ее преступлений. При виде лучезарного лика Индиса это чувство чуть притуплялось — он никогда не обвинил бы меня ни в чем, что омрачило бы мою душу, — но в остальное время вдохновляющий свет его сердца не дотягивался до моего, и тяжесть возвращалась с новой силой.
В кабинете, где проходил регулярный утренний совет, меня действительно заждались, однако никто из присутствующих не высказал недовольства моим опозданием. Я с трудом переборола желание извиниться, заняла место во главе стола и, пробежавшись взглядом по подготовленным для меня бумагам, обратилась к совету.
— Нас стало значительно больше, — произнесла я, приветственно кивая новым членам совета. — Благодарю, что присоединились к нам. Вы планируете присутствовать на собраниях всегда или только в особых случаях?
Эльфы переглянулись, словно могли читать мысли друг друга, после чего Филаурель озвучила общее мнение.
— Этот вопрос находится на обсуждении.
— Мы будем рады вам в любом случае, — улыбнулась я. — Как и обещала, мы передадим nuru elda вам, чтобы она хранилась в сердце Аррума, где ей и место.
Мастерица иллюзий благодарно кивнула.
Не все из тех, кто сидел за этим столом годами, разделяли мои взгляды, но это читалось лишь в мимолетных брезгливых выражениях, что скользили по их лицам, как тень от пролетающей птицы. Я строго взглянула на каждого члена совета. Правильно расценив мое молчание, некоторые из мужчин перестали переговариваться, а некоторые и вовсе застыли, напряженные нависшей над ними тишиной. Главенство женщины в этом зале не должно быть для них в новинку; хотя, вполне вероятно, они впервые осознавали его по-настоящему.
— Прежде, чем мы перейдем к решению основных задач совета, я хотела бы сделать несколько важных объявлений, — прочистив горло, начала я. Говорить, зная, что твои слова будут иметь серьезные последствия, куда сложнее, чем мне казалось раньше. — Многие из тех, кто сейчас сидит за этим столом, еще недавно были на стороне моей сестры, не важно, размахивая ради нее мечом или осыпая ее войско золотом. Я сдержу свое обещание: вам и вашим семьям будут рады при дворе, но вам придется простить пристальное внимание гвардии к своим персонам в течение какого-то времени. И, разумеется, вы сможете остаться лишь при условии, что вы полностью поддерживаете политику Греи относительно тесной дружбы с эльфийским народом. Если ваши намерения не совпадают с моими, вы вольны сейчас же встать и немедленно покинуть королевство.
Члены совета принялись растерянно переглядываться. Им стоило ожидать подобного ультиматума — я весьма четко обозначила свою позицию, сбежав в войско противника, — но, прежде имея скудные знания обо мне и моем характере, они оказались застигнуты врасплох. Я дала им время, чтобы принять решение, и притворилась, что крайне заинтересована затянутым облаками небом за витражным окном. Спустя две минуты томительного ожидания герцог Гримальд поднялся, едва не уронив стул, и стал спешно собирать все, что лежало перед ним на столе. Его крошечная фигура — мужчине было уже за 70, и весь он съежился и скрючился, словно засохший фрукт, — засеменила к выходу из зала.
— Эльфийская шлюха, — бросил он на прощание, даже не решившись обернуться.
Стража тут же схватила его под руки, и он завис в воздухе, болтая детскими ножками. Кидо сорвался с места, потянувшись к ножнам на поясе, но я жестом приказала ему остановиться.
— Пусть идет. Невежество и без нашей помощи вскоре его погубит.
Верные слуги короны отпустили бывшего члена совета, и тот продолжал бормотать оскорбления до тех пор, пока его голос не затерялся в мелодии звуков замка.
