— Потому что, ребенок, что магия итар не совсем, такая как у остальных. Она не требует зубрежки магических формул и ритуалов. В первую очередь важно воображение самого мага. К примеру, тебе нужен огонь, закрой глаза и представь, что хочешь получить — большой костер или маленький шарик, и это тут же исполниться.
— Так просто? — не поверила я.
— Не совсем, самое главное в нашей магии научиться правильно распределять энергию. Но это я тебе объясню чуть позже. А сейчас мы, точнее я, займемся очень важным делом — стиранием не нужных знаний, — Шейн взял в руки перо и стал, что-то черкать в книгах, попутно вписывая новое.
— Можно вопрос?
— Конечно, задавай.
— Почему в последнее время я стала эмоционально не устойчива — то смеюсь, то плакать хочу. А еще я не могу воспользоваться некоторыми своими способностями.
— Сбой в организме произошел из-за снятия барьера, — стал объяснять мне Шейн. — В тебя резко потекла магическая сила. Но ты не сумела с ней справиться, вот она и стала брать вверх над твоим разумом. Отсюда и скачки настроения и способностей, — объяснив мне это, он вернулся к прерванной работе.
Спустя какое то время Шейн откинулся на спинку стула и устало произнес:
— Ну что же, лишнее я убрал, нужную теорию вписал. Но вот практиковаться будешь без меня, — улыбнулся он. — Все-таки в мир живых для твоей практики я проникнуть я не могу.
Я внимательно посмотрела на своего далекого предка, жалко, что мы не можем встретиться в реальной жизни.
— А почему исчезли все итар? — задала я вопрос давно волновавший меня.
— Ну, как тебе сказать, ребенок. Не было нападения, как думают некоторые. Просто мы погибли из-за экспериментов одного из ученых итар. Что уж он там намагичил я не знаю, он до сих пор не признается, но случился огромный выброс энергии и в одно мгновение мы исчезли. В живых остались лишь те, кто был вне наших владений. Где-то итар девять — десять, не больше.
— Расскажи мне еще, что нибудь об итар, пожалуйста.
Так мы и сидели в классной комнате далекой земной школы, не замечая за беседой, как бежит время. А я впервые за последнее время смогла расслабиться.
А еще, как только Шейн закрыл книгу, я почувствовала, что ко мне вернулись знания и уверенность в своих силах.
Не открывая глаз, я сладко потянулась. Как же мне хорошо, во всем теле ощущается легкость, ушло постоянное напряжение. И даже в голове нет привычного уже мне шума. Эх, все-таки хорошо иметь могучих родственников, готовых придти на помощь своим неразумным потомкам, пусть даже эти родственники и не живые.
Окончательно просыпаться очень не хотелось, и я как могла, оттягивала этот момент. На краю сознания мелькала, какая то навязчивая мысль, но я все никак не могла ее ухватить. И тут постепенно до меня стало доходить что, что-то не так. Ну, начнем с того, что засыпала я на подоконнике, а, следовательно, так уютно растянуться на нем я не смогла бы. Во-вторых, на животе ощущалась посторонняя тяжесть, от которой было так тепло и уютно. Я повернулась на бок, стараясь от нее избавиться, но меня наглым образом к чему-то прижали. А точнее к кому-то. Открыв глаза, я увидела перед собой лицо Алекса. Мы лежали с ним на моей кровати лицом к лицу, и он спал.
Во сне его лицо выглядело умиротворенным и таким милым, что мне захотелось его чмокнуть в нос. Да уж, странные у меня желания. Сейчас он мало напоминал хищного зверя, таким беззащитным я его ни когда не видела. Хотя, долго ли я его знаю? Осторожно попытавшись выбраться из его объятий, я добилась лишь того, что Алекс проснулся.
— Проснулась, соня? — его голос был хриплым ото сна и у меня по спине побежали мурашки от него.
— Кто бы говорил, не подскажешь, что ты забыл в моей постели?
— Ну, во-первых, не твоей, а нашей. Если я временно переехал в другую спальню, не означает, что ты освобождена от супружеских обязанностей. Просто я дал нам время привыкнуть друг к другу, — я возмущенно фыркнула, а он засмеявшись быстро чмокнул меня в нос. Не поняла, это что сейчас было?
— Ну а во-вторых, ты не явилась на наше первое свидание. И я, найдя тебя спящей на окне, уложил на кровать, укрыл и решил дождаться твоего пробуждения. Правда, я не думал, что сам усну.
Он тихо засмеялся. А я лежала и думала, почему мне так уютно лежать рядом с ним. Да…как говорила Алиса: "все чудливие и странноватее". Так мы и лежали несколько минут смотря друг дугу в глаза, и каждый думал о своем.
