Пары тянулись ожидаемо долго. Даже заядлые эльфоведы устали слушать о трех способах выращивания пшеницы на льду, что уж говорить обо мне.
– Сколько времени? – тихо шепнула я Дикарту, который из-за должности не забывал вешать часы на запястье. Да и вообще имел эту весьма дорогую игрушку.
– Пять минут, – устало отозвался принц, которого речи наставника утомили не меньше моего.
Судя по мешкам под глазами, он тоже ночью не спал. А поскольку в глазах не было ни капли удовлетворения или гордости, дела эти были едва ли приятные.
Даналан замолчал на полуслове и внимательно осмотрел аудиторию. Его взгляд задержался на принце, переместился на меня, и вот духами в полном составе поручусь, что эльф вздохнул и закончил:
– На сегодня все. Антарина, задержитесь.
Я кивнула, показывая, что услышала его. Махнув на прощание принцу, я дождалась, пока все выйдут, и подошла к кафедре, из-за которой предпочитал выступать эльф.
– Ваш экземпляр. – Даналан протянул мне договор. – Я подписал. Сумма полностью переведена на ваш счет.
– Спасибо. – У меня с души словно камень свалился. – И, магистр, раз вы мне не скажете, что там было… Скажите хоть… Там было то, что вы искали?
– Нет. – Эльф с сожалением покачал головой. – То, что я искал, так ко мне и не попало. Наверное, мне никогда не удастся узнать, зачем он так поступил…
– Удастся. – Мне стало жаль собеседника. Сейчас он не был ни страшным, ни коварным, ни презрительным или высокомерным. Он был огорченным и нуждался в поддержке. А еще он не был моим противником, и я могла не стесняться своих чувств. – Если вы этого хотите и шаг за шагом идете к своей цели, то обязательно дойдете. Может, не с первого раза, но справитесь. Просто не можете не справиться, раз для вас это важно. И… – я помедлила, но все же пообещала: – Если я смогу вам помочь – я помогу. Только дайте слово, что то, что вы ищете такими способами, действительно принадлежит вам.
– Эсталиан услышит мое слово, – призвав в свидетели свое божество, поклялся эльф.
– Я сообщу вам, если что-нибудь узнаю, – пообещала я и спрятала договор в сумку.
– Просто так? Даже не покажете лист с ценами за услуги? – пошутил эльф, хотя шутки в его словах… Гномы бы обязательно составили еще один договор.
– Будем считать, что аванс вы уже заплатили. – Я покосилась на край договора. – А дальнейшее вознаграждение только после выполнения задания. Хорошего вам дня.
Я направилась к двери. Риск уже должен был подойти, и мне не хотелось заставлять его ждать больше необходимого. Пунктуальность – одна из самых важных черт гномов.
– Вы не гном, Тари, – тихо сообщил мне в спину магистр.
– А кто же?
Я обернулась.
– Хороший человек, – усмехнулся эльф и исчез в портале, не дав мне ни слова сказать. Хотя и следовало! Но почему-то вступать в споры не хотелось. Похвала, даже такая странная, и гному приятна. А мне… Мне вдвойне.
Риск нашел общий язык с мастером Порхом с первой же минуты знакомства. В отличие от меня, мой друг заранее подготовился к первой встрече с потомком славного рода и узнал все интересовавшие его в прошлый раз подробности. А потому, чувствуя себя лишней на этом вечере обмена историями семьи, я ушла в свою комнату, разрешив Риску навестить меня после расставания с мастером. По всему выходило, что ждать мне еще пять часов, до тех пор, пока у Порха рабочий день не закончится и он не побредет заколдованным рыцарем в свой дом.
Есть не хотелось. Обед в столовой был до невозможности сытным, и в моей сумке еще оставались два несъеденных пирожка. С ними я планировала расправиться вечером.
Вынула договор и внимательно его просмотрела, отмечая аккуратность магистра Даналана. Ни одного помятого листочка, ни единой капли чернил не на своем месте – только росчерк пера с именем, титулом и заковыристым вензелем, по недоразумению названным подписью.
Наэриан Ланар Даналан Арден Фалиарский. Имя у эльфа не выбивалось из известных мне образцов. Два личных имени, одно для широкой общественности и последние два, сообщающие о легендарном предке, от которого род и пошел. Учитывая продолжительность жизни остроухих, это могло быть и имя отличившегося отца, и далекого прапрадеда.
Отложив бумагу, я потянулась и следом на стол легла тетрадка с домашним заданием. Список был длинный и заканчивался на следующем листе, но большую часть я успела сделать на выходных, и теперь у меня значилось короткое «сочинение для магистра Реливиана, три листа, тема – мои планы на практику». И он обещал их учитывать, насколько будет возможно, при составлении маршрутов практикантов. А потому я взялась за работу с усердием. Пусть и чувствовала, что от столицы Аори мне так просто не отвязаться, но маршрут я проложу свой, периферийный, зато куда более полезный. А там, при случае, по нему и проедусь, закупаясь образцами и контакты налаживая.
За сим полезным занятием, в окружении одолженных у соседей по общежитию карт и справочников, меня и застал Маркус. Рыжий был доволен, сыт и лучился счастьем. Под глазом у него зрел фингал, но это нисколько не умаляло его веселья.
