– Ты представляешь! – вдохновленно начал он, разгребая себе место на кровати. – А Даорисий-то может не только стихи читать.
– И он тебе это наглядно продемонстрировал? – хмыкнула я, оценив силу удара. – А ты не мог подпись замазать, пока мы от декана прятались? Тебе же сказали…
– Да я замазал, – отмахнулся от меня Маркус. – Твой гном мне сунул какую-то жидкость белую и клейкую. Сказал, что закроет любые чернила и без растворителя не сотрется. А если с растворителем – то и подпись исчезнет. Но не в этом дело. Даорисий по почерку узнал. Сказал, до сих пор меня помнит и сожалеет, что так мало на пересдачи звал. Скучно ему, оказывается, среди восторженных дев. Хочется хоть с кем-то нормально поговорить, но от него ничего, кроме стихов и литературы, не ждут.
– И ты с ним поговорил?
– Конечно! – Парень просиял. – Знаешь, как он дерется?! Это вам не эльфийские стрелы, из-под кроны вылетающие и в спину влетающие. Там все серьезно. Боевой посох и рукопашная. Мне обещали пару уроков дать, чтобы я мог за себя постоять.
– И душу отвести, поколотив доставучего студента, – предположила я.
– Да пусть и так. Зато научит. Я парень – мне с фингалом почетно. А окружающие потерпят. Надо же им каменные физиономии тренировать. Полгруппы в посольство работать идет.
– Ну если так, – я фыркнула, но все же предложила: – Точно косметика не нужна?
– У меня есть, – подмигнул мне рыжий. И добавил, прикрывая рот ладонью, будто не хотел, чтобы дверь по губам прочитала: – И у Алеста тоже.
– Алест эльф. Мало ли что ему положено иметь. И потом – иметь в запасе не значит уметь пользоваться.
– Он и не умеет, – хмыкнул рыжий и подхватил один из справочников: – Руды и драгоценные камни Дарналина. Зачем тебе весь континент?
– Отдельно по эльфам ни у кого нет, – отмахнулась я, вписывая новый населенный пункт в маршрут. Рядом поставила звездочку, так как карта утверждала, что в Лаор ведет всего одна дорога и та через гиблые места. Значит, без магического сопровождения лучше не соваться.
– Зачем тебе это?
– А вы разве не писали план путешествия для магистра Реливиана?
Я отвлеклась от сочинения и вновь повернулась к рыжему. Тот недоуменно смотрел то на меня, то на исписанную бумагу. Черновики. Не могу же я магистру сдать работу с ошибками в переводе и грамматике.
– У нас магистр Тарлеан за практику отвечает. Да и на первом курсе… Знаешь, что мы делали?
– Что?
– Сидели в посольстве и страницы нумеровали. А кто постарательнее – дыроколом работал. Отмерял, значит, расстояние на полях и клацал. А потом сшивал, чтобы не разлетелось.
– А нас сразу в Леса…
– Вы же особенные, – с завистью фыркнул Маркус. – Думаю, что без дяди Алеста не обошлось. Или его папы. Гномам знаешь какое пожертвование на обновление инструментария сделали? Алеста на практику в Аори отпускают. Эльфа. В Леса. Гномью практику проходить.
– Не завидуй, – попросила я. – Может, нам там и развлечение. Но у Алеста дома обязательств больше, чем здесь на учебе. И уж тем более, чем у нас на практике будет. Мы – практиканты, кричать на нас можно, ругать и нагружать работой – тоже, но за наши ошибки будут руководители отвечать. Ничего фатального мы натворить не сможем. А Алест если ошибется… Да хоть не той рукой кружку возьмет при встрече с гномьим посольством…
– А есть разница? – заинтересовался Маркус, который хоть и делал вид, что не сочувствует приятелю, а все же вздохнул тяжело.
– Есть. Если со старейшиной встречаешься, то все, что бы он ни дал, нужно обеими руками брать. Или вот так. – Левой рукой я ухватилась за правую, а ее протянула вперед. – И про поклон не забываем. – Показала и поклон. – И всего должно быть в меру. Иначе или высокомерничаешь, или пресмыкаешься. И это только во время приветствия, а дальше… И не только же с гномами дела вести приходится. Пробовал сырое мясо съесть, которое при тебе еще бегало? А гоблины уважаемых гостей свежатинкой и кормят. И чтобы не оскорбить их в лучших чувствах…
– Тари, давай я лучше головой о стену пару раз стукнусь? – предложил Маркус. – Лишать меня ужина – жестоко даже для тебя.
– Так я жестокая? – усмехнулась, рассматривая этого паяца рыжего.
– Ага. – Широкая улыбка украсила лицо парня, разгребавшего мои вещи без капли почтения. – Бросила нас, заперлась у себя и пыльным бумажкам внимания больше уделяешь, чем своим друзьям. Даже гному этому – экскурсию провела.
– А с вами мы в Клязь идем гулять.
– Так ведь и гнома своего берешь.
– Он тоже мой друг. – Я нахмурилась, не понимая претензий. – И если тебя так волнует, сколько внимания я уделяю друзьям, то Риск вам проигрывает. В Царстве мы очень тесно общались, а потом и вовсе не виделись. Сам посчитай, его двенадцать лет против ваших полутора месяцев. И кому я недодаю своего общества? – Маркус приуныл. – Стоило ему приехать, и ты стал навязчивым.
– Я не хочу тебя терять. А он намерен тебя с собой увезти
