Торин тотчас остановился и ничком бросился на землю, знаком приказав друзьям сделать то же самое. Гном прижался ухом к земле и долго лежал без движения.
– Я, конечно, не следопыт, – буркнул он, поднимая голову, – но, по-моему, они действительно ускакали куда-то на запад. Что ж! Они так, а мы вот эдак! Дождемся ночи и пойдем на север. Если они поссорились с энтами, то нас .это не касается. Попытаем счастья!
– А нет ли иных путей? – полюбопытствовал Малыш, отвинчивая крышку фляги и пуская ее по кругу. – Как-нибудь через горы?
– Я думал об этом, – ответил Торин, разрезая копченую рыбину. – Наверное, можно как-то подобраться и с запада, но никто из нас здешних дорог не знает. Нет, сперва попробуем здесь. Будем осторожны и не станем лезть вперед очертя голову. Кроме того, я надеюсь, что в случае чего Фолко с энтами как-нибудь договорится.
– Я?! – Хоббит задохнулся, прижав кулаки к груди. – Я?!
– Не якай, пожалуйста! Или ты не читал Книгу? Вспомни, как сумели поладить с энтами Перегрин и Мериадок. Не думаю, чтобы это стерлось из памяти хозяев Фангорна. Что для них триста лет? Все равно что день для нас или даже меньше. Так что давайте сейчас перекусим и отдохнем. Вон и кустики приятные виднеются!
Когда на холмы спустилась ночь и яркие южные звезды усыпали чистое небо, Торин растолкал сомлевших в тепле друзей. Они пошли на север, но вскоре стало ясно, что надо брать правее, чтобы не карабкаться то вверх, то вниз по крутым склонам, то и дело спешиваясь и ведя пони в поводу. Стараясь не терять из вида Реммират, Звездную Сеть, они стали уклоняться к востоку. Черные громады Туманных Гор постепенно поднимались все выше, закрывая полнеба. Когда луна перевалила на закат, они сделали короткий привал. Устроившись у подножия старого боярышника, они закурили трубки. Малыш уже клевал носом, хоббиту же вдруг стало как-то тревожно. Он приподнялся на локте, пытаясь оглядеться, но в укромной ложбине, где они отдыхали, царил густой мрак, и лишь гребень ее западного склона был скупо освещен бледными лунными лучами. Хоббит беспокойно заерзал. Новое тревожное чувство перерастало в уверенность – откуда-то оттуда, с запада, надвигалась угроза… Пока неясная, но с каждой минутой его внутренний взор проникал все .глубже и глубже в ночь, и Фолко ощутил глухую звериную злобу – жадное чутье, ищущее среди примятых стеблей струйки их оставшегося запаха, прозрачные глаза, впивающиеся в ночь, и еще одни глаза, полные ненависти и предвкушающие кровь. Руки Фолко потянулись к оружию; его движение заметил Торин.
– Там… там… – Фолко задыхался, – там что-то ползет на нас, Торин! Я его чую! И оно нас тоже…
– Что ты говоришь? С чего ты взял? – удивился было Торин, но хоббит с неожиданной страстью вцепился в отвороты гномьего кафтана.
– Вооружайся, Торин! Малыш, не спи! Сейчас до нас доберутся…
– Что, опять этот, из Могильников? – выпустил трубку изо рта Торин и принялся натягивать кольчугу.
Они замерли, и тут за ближними холмами раздался злобный и долгий вой – но это был совсем не тот вой, что пугал гнома и хоббита в самом начале их многотрудного пути. Это был голос живого существа, и Фолко, словно его озарило, вспомнил о волчьих следах возле ручья.
Забились и испуганно захрапели их пони. Поспешно вооружившись, друзья встали – спина к спине; Фолко била крупная дрожь, он до рези в глазах вглядывался в темноту; чутье говорило ему, что враг уже совсем близко.
– Что делать, Торин? – мрачно сплевывая, обронил Малыш. – Сколько мы втроем продержимся?
Тот не успел ответить. На серебристом серпе западного гребня появилась какая-то тень, за ней еще одна, еще и еще… Горели зеленые огоньки глаз, слышалось глухое и злобное рычание; в этот миг луна вынырнула из-за облака, и ее свет залил западный склон. Друзья увидели серые тела большущих волков, высотой в холке почти в рост хоббита, и удивительных всадников, восседавших на волчьих спинах. Приземистые, коренастые, в островерхих шапках, они сидели, очень сильно поджав ноги, так что их пятки были чуть ли не на волчьем хребте; в их руках хоббит увидел копья и луки.
– Ий-йя-хэй! – раздался тонкий и высокий визг, и со всех сторон к неподвижно замершим друзьям устремились десятки невиданных всадников. Неистовое рычание волков смешалось с воинственными воплями наездников, свистнули стрелы. Малыш внезапно охнул и пошатнулся, но тотчас выпрямился, и качнувшийся было к нему на помощь Фолко ответил врагу первой стрелой. Звонко щелкнул и арбалет Торина – два седла опустели, но разве могло это остановить остальных? В мгновение ока – хоббит успел пустить лишь три стрелы – всадники оказались прямо перед ними.
