Фолко прикусил губу – Рогволд определенно обиделся. Они свернули с улицы Великого Короля и вновь запетляли по узким переулкам. Вскоре хоббит окончательно потерял направление и понял, что теперь ему ни за что не выбраться из Города без посторонней помощи.
– Вот мы и приехали. – Голос Рогволда чуть дрогнул.
– Приехали… – буркнул гном. – Ну, приехали так приехали.
– Пошли обедать, – спрыгнул с седла бывший сотник. – Заводите пони, я сейчас распоряжусь.
Он подошел к небольшому двухэтажному дому со стрельчатыми окнами и дубовой резной дверью посреди фасада. Рядом находились неширокие ворота, которые вели во внутренний двор. Хоббит и гном спешились. Путешествие кончилось.
Они привязали своих лошадок, высыпав им из седельных сумок последние остатки овса. Торин оглянулся, сплюнул и развязал свой мешок. Вскоре его топор был уже на своем привычном месте.
Наверху, на площадке спускавшейся со второго этажа во двор деревянной лестницы, скрипнула дверь и появилась длинная фигура Рогволда.
Бывший сотник, скинул свой видавший виды дорожный плащ, отстегнул шлем, и Фолко почудилось, что в голосе ловчего больше нет тех холодноватых, металлических ноток, той уверенности в себе, что так явственно ощущались в нем на протяжении всей долгой дороги.
– Поднимайтесь сюда. – Ловчий приглашающе махнул рукой. – Торин, ты опять с топором! Спрячь… И сапоги вытри.
Движения ловчего стали какими-то мелкими и суетливыми. Хоббит и гном смотрели на него с молчаливым изумлением. Поднявшись по уютно заскрипевшей под тяжелыми подошвами гнома лестнице, они оказались в столовой с большим круглым столом, уже покрытым белой скатертью и с четырьмя столовыми приборами. Фолко не успел удивиться наличию четвертого прибора, решив, что он предназначен для карлика, как ведущая в глубину дома дверь распахнулась, и перед изумленными Фолко и Торином появилась далеко не старая, дородная женщина в чистом белом переднике и платке.
– Оддрун, моя домоправительница, – чуть замешкавшись, представил ее друзьям Рогволд. – Оддрун, это мои дорожные товарищи, они принесли важные известия для самого Наместника!
– Торин, сын Дарта, гном с Лунных Гор, к вашим услугам.
– Фолко Брендибэк, сын Хэмфаста, хоббит из Хоббитании, к вашим услугам.
Ответом был вежливо-холодный наклон красивой, хоть и отяжелевшей уже головы. Фолко увидел, как вздрогнули изрядные складки жира на шее и подбородке Оддрун. В груди его вдруг ожило, казалось, забытое чувство – эта женщина чем-то очень напоминала ему незабвенного дядюшку Паладина.
– Прошу к столу, – любезно произнесла Оддрун, холодно улыбнувшись. – Обед будет с минуты на минуту. Какое вино предпочитают гости – красное гондорское или белое форностское?
– Знаете, – задушевно повернулся к ней Торин, – нам бы пивка. Все эти вина… Пусть их пьют важные господа, а мы народ простой.
– Хорошо. – Она повернулась и скрылась за дверью.
Фолко перевел дух.
“Как хорошо, что гном догадался попросить пива! – подумал он. – Она явно обрадовалась тому, что ее не вводят в лишние расходы!”
Не таким представлял Фолко свой первый обед в Аннуминасе. Позади остался трудный и небезопасный путь, рядом сидели надежные, проверенные друзья, хотелось сказать что-то очень теплое, может, чуть грустное, – всегда грустно, когда кончается дорога, – но не сидеть вот так, чинно подвязав салфетку, и осторожно цедить вежливые фразы! И Рогволд как-то сник, только Торин, кружка за кружкой, заливал в себя пиво.
Разговор поддерживала одна Оддрун. Спрашивала о погоде, осведомлялась у Фолко о ценах на ярмарках его страны, интересовалась, как понравился ему Город. Хоббит отвечал неуверенно, запинаясь, он ощущал неотчетную робость перед этим негромким, вежливо-холодным голосом, натянутой улыбкой и тщательно скрытой неприязнью в узких глазах.
– Где же ты намерен поместить их, Рогволд? – повернулась Оддрун к ловчему. – Ты же знаешь, у нас места мало. Удобно ли будет гостям в той маленькой комнате?
– Не беспокойтесь, почтенная хозяйка, – торопливо произнес Торин, видя побледневшее лицо Рогволда и не давая ему произнести ни звука. – Мы с моим другом Фолко намерены остановиться в гостинице. У нас очень много планов и дел, к нам должно прийти много народу, и стеснять вас мы никак не можем,
– Ну что вы, что вы! Вы нисколько нас не стесните! – заулыбались губы Оддрун, но глаза ее сказали внимательно наблюдавшему за ней хоббиту совсем другое. – Тогда надо вас хоть накормить получше!
Обед. продолжался целых два часа. Оддрун знала толк в кухонных делах и попотчевала гостей на славу. Фолко все время упорно ловил взгляд Рогволда, и старый ловчий столь же упорно отводил глаза.
Кончили после того, как Оддрун, заметно повеселевшая и подобревшая, сообщила, что гном уничтожил последнюю крынку пива, после чего Фолко понял, что пора потихоньку выметаться. Торин, очевидно, утолил свою жажду и слегка осоловел.
Рогволд пошел провожать, но с ним увязалась и Оддрун. Всем троим друзьям было неловко. Фолко не знал, что сказать.
