Путешественники подъехали к лесу. Дорога нырнула в густой кустарник, заполнявший ложбину между двумя высокими холмами с крутыми склонами. Гном остановился и, прищурившись, пристально поглядел на них.
– Это не просто холмы, – уверенно заявил он. – Тут под слоем земли – скала, причём очень древняя и крепкая.
Въехали в лес. Пришлось низко пригнуться к гривам лошадей – сплетшиеся ветви нависали над самыми головами, так что высокий Рогволд сложился чуть ли не вдвое. Однако вскоре нудный, мелкий боярышник кончился, и они оказались на узкой, едва заметной тропе, вьющейся среди густого ольшаника, кое-где пробитого тёмно-зелёными копьями молодых елей. Землю устилал плотный покров сухо шуршащей листвы; над ними сомкнулось молчание, и Фолко краем глаза увидел, как напряжённо стал оглядываться гном, положив по привычке руку на топор.
– Ты чего, Торин? – шёпотом спросил хоббит. – Заметил что?
– На землю глянь, – в тон ему ответил гном. – Дорога заброшена, но совсем недавно по ней проезжали!
– Где, где следы? – подоспел ловчий. – А ну-ка, все назад! Не затопчите! Фолко, подержи!
Рогволд сунул поводья в руку хоббита и спрыгнул на землю. Торин и Фолко, чтобы не мешать ему, подались чуть назад. Ловчий принялся шарить по тропе, осторожно ощупывая землю своими длинными пальцами. Фолко пригляделся. На тропе действительно виднелись довольно свежие отпечатки конских копыт; они ещё не успели заплыть, и Рогволд определил их как вчерашние.
– Снова ангмарские подковы! – Ловчий распрямился, лицо его было встревожено. – Ехал один всадник. Только откуда он здесь взялся?
Они вернулись назад, и загадочные следы отыскались только на самом краю зарослей – они шли с востока, вдоль края полей.
Друзья остановились. Фолко было не по себе – ехать вот так, очертя голову, когда, быть может, где-то там, в лесном сумраке, затаился беспощадный враг! Пусть он один, а их трое, но всё-таки…
– Может, вернёмся? – вдруг робко предложил хоббит.
– Вернёмся? – зарычал Торин. – Никогда! Чтобы я отступал без боя?! Он же один! А нас трое! Ты что, друг хоббит?! Может, у тебя на луке тетива ослабла? Или твои ножи затупились? Вперёд, и без никаких! Поехали, Рогволд!
– Да, история, – вздохнул ловчий. – Ну да была не была! Может, снова какой их отряд заметим.
– Я поеду впереди, – воинственно заявил Торин. – А ты, Фолко, держись сразу за мной и приготовь лук – стреляй во всё, что движется!
Осторожно и медленно, подобно разведчикам возле вражеского лагеря, они двинулись по тропе. Когда миновали кустарник, вперёд пришлось выдвинуться опытному Рогволду, потому что тропа почти пропала.
Ольшаники тянулись довольно долго, в осеннем облетающем лесу почему-то царила тишина, даже ветер не колебал вершины деревьев, укрытых могучими телами холмов. Вскоре тропа пошла мелким ельником, очевидно, здесь кончалась прорубленная когда-то просека, но потом путники и вовсе уперлись в глухую стену векового елового бора. Пришлось спешиться. Теперь они шли в ряд. Рогволд посреди, не отрывая взгляда от следов, – к конским копытам прибавились следы человека, обутого в тяжёлые сапоги. Торин слева, топор на изготовку, а Фолко справа, стрела на тетиве. Всё было спокойно, и тут из притороченного за седлом гнома мешка с пленным карликом раздались какие-то жалобные, хлюпающие звуки, а потом он тоненько заскулил.
– Цыц ты, расплющи тебя Хругнир! – Торин подскочил к мешку и изрядно встряхнул его. – Что тебе? Опять в кусты захотел?
Он нагнулся и отрывисто, зло сказал что-то на языке карликов. Из мешка доносилось жалобное неразборчивое лепетание.
– Что он там? – досадливо обернулся Рогволд. – Кончай ты с ним, Торин! Пошли.
– Нет, погоди! Он интересные вещи говорит, – вдруг отозвался гном. – Говорит, чтобы мы не ходили дальше. Дурное место здесь, говорит, он нутром это чувствует.
– Да что же в нём дурного? – поразился Рогволд.
– Нет! Не здесь – там, куда ведут следы, надо полагать. – Гном вновь сказал несколько непонятных слов, обращаясь к пленному, и долго вслушивался в его ответ. – Здесь он чувствует какую-то чёрную силу, – неуверенно продолжал гном, – а может, я что-нибудь не так понял. Но он просит вернуться!
– Вот уж теперь мы назад ни за что не пойдём, – отрезал ловчий. – Ангмарские подковы и какая-то чёрная сила – это, знаете ли, должно быть выяснено. Идём дальше, Фолко, будь готов!
Хоббит молча кивнул, зажал в зубах вторую стрелу и поудобнее поправил колчан. Они крадучись двинулись дальше.
Фолко бесшумно пробирался между деревьями, оставив позади себя и гнома, и человека. Хоббиты умеют ходить, точно тени, не задев ни единого листка и не наступив ни на один сучок, способный выдать идущего предательским треском. В опущенных руках Фолко держал лук с наложенной на тетиву стрелой и внимательно смотрел по сторонам. Земля, покрытая толстым слоем бурой опавшей хвои, плохо сохраняла следы, различить их мог лишь такой мастер, как Рогволд; хоббиту приходилось часто оборачиваться, и тогда ловчий взмахом руки указывал ему направление. Торин шёл сзади, ведя в поводу лошадей.
