«Чего-то какой-то он неадекватный стал. Может, сломался?» — предположил я и, решив помалкивать, продолжил следовать за коронером.
И действительно, сопровождающий меня стал очень нервным. Он постоянно кидал на меня резкие взгляды, теребил пуговицы на своём камзоле и неоднократно снимал и надевал бежевую широкополую шляпу с пером, которая очень напоминала шляпу мушкетёров из фильма.
После надолго затянувшейся паузы Лаваиль-Дар всё же не выдержал и спросил:
— Правильно ли я понял, что ты всё же кое-что сумел придумать, раз утверждаешь, что поэзия — это пустяк и писать легко?
— Совсем немного, — сглотнул я, боясь, что НПС снова сломается и выдаст очередной непредсказуемый фортель.
— Почитай, — неожиданно для меня попросил он.
— Чего?
— Почитай, пожалуйста, свои стихи.
— Э-э, а зачем?
— Ну, — возвёл он к небу глаза и, теребя давно снятую с головы шляпу, сказал: — Понимаешь, я тоже в некотором роде поэт.
— Да? А как же следственные действия? Суд? И приговор?
— Одно другому не мешает, — быстро ответил тот, покачав головой. — Стихи я пишу в свободное от работы время. Если хочешь — это моё хобби.
— Хорошее хобби, — похвалил я.
— Так прочитаешь? — продолжил приставать Лаваиль-Дар.
— Не знаю. Неудобно как-то.
— Да кого тебе стесняться-то? Ты поэт, я поэт. Мы все свои.
— Ладно. Прочту что-нибудь.
— Спасибо, — кивнул он. — Только прочти, пожалуйста, что-нибудь с эффектом.
— С каким эффектом? — вновь не понял я.
— Ну, с положительным, конечно. Ты же менестрель. Твои песни должны добавлять членам группы, клана и гильдии положительные характеристики и эффекты. Воспроизводя песнь, ты повышаешь моральный дух воинов, благословляя их на подвиги, — пояснил аристократ и, подняв бровь, спросил: — Неужели ты этого не знал? Ты же уже десятого ранга силы.
— Догадывался, — хмыкнул я, прикидывая, какая из песен, что я знаю, сможет выдать хоть какой-то эффект.
Придумать и уж тем более спеть хоть что-то вменяемое мне было чрезвычайно трудно. И дело тут было в том, что песни я особо не любил и уж тем более не запоминал их. Поёт что-то на фоне, и ладно, поэтому нужно хорошенько покопаться в памяти, чтобы вспомнить хоть что-то, что может напоминать песню или стихи.
Через пару минут молчания и монотонного шага я решился. Однако перед тем, как опозориться, посмотрел по сторонам и, к счастью, никого не увидев, предупредил:
— Лаваиль-Дар, ты имей в виду некоторые нюансы. Имеешь? Тогда запоминай. Во-первых, я маленького уровня, поэтому знаю пока очень мало — не дорос ещё. Подрасту — узнаю больше. — Тот согласно кивнул, а я продолжил: — А во-вторых, я ещё никогда никого не бафал. Поэтому не знаю, получится или нет.
— Ну так никто не мешает это сейчас проверить, — с серьёзным видом произнёс коронер и остановился. — Давай мне группу.
— Гм… что?
— Вы, бессмертные, называете это «пати». Давай пати — инвайт.
Посмотрел на свой идентификатор и, почесав нос, признался:
— Я не умею.
— Молодо-зелено, — хмыкнул Лаваиль-Дар, и в этот момент мой идентификатор пискнул.
Прочитал сообщение:
Лаваиль-Дар предлагает вам вступить в группу
Нажал, естественно, «да» и увидел, что в углу экрана появилась зелёная иконка с изображением эльфа.
Прошли несколько шагов.
Всё это время я пытался сообразить, что бы спеть. Спутник выжидающе молчал.
— Уважаемый Лаваиль-Дар, я всё же очень стесняюсь начать первым. Давайте, может быть, первым будете вы? Вы же всё-таки поэт по призванию. А я нахожусь ещё только в начале этого долгого пути. — Я решил вновь вернуться к обращению на «вы», чтобы немного польстить новоявленному сопартийцу.
— Гм, об этом я не подумал, — буркнул тот, пожав плечами. — Но в этом логика есть. Однако учти, — строго посмотрел на меня, — я самоучка. Поэтому после прочтения никаких положительных эффектов можно не ждать. Я тоже нахожусь в своём роде только в начале великого пути стихосложения.
— А ты пробовал? И кого в группу брал? — опять вернулся я на «ты».
— Слуг, — поскрипел зубами эльф, и я понял, что эта тема для него неприятна и, быть может, даже болезненна.
— Ну, тогда начинай, что ль, — безразлично произнёс я, демонстративно отвернувшись в сторону редкого лиственничного леса, что раскинулся невдалеке.
— Сейчас, — сказал тот, кашлянул и пробурчал: — Для начала будет простое. — И принялся озвучивать стих за стихом.
